b9acb275a39dd5b7

Собка лает, а караван идет. Домыслы на тему российско-иранских разногласий носят явно спекулятивный характер

Как и следовало ожидать, московская либеральная пресса ухватилась за так называемую «российско-иранскую размолвку» двумя руками. 

Косяком пошли публикации под красноречивыми заголовками типа «Аэродром отскока» и комментарии «экспертов», которые с плохо скрытым злорадством констатируют чуть ли не полный крах отношений между двумя странами. И даже видят в этом эпизоде некий знак судьбы. Вот что пишет, например, представитель аналитического центра с говорящим названием «фонд Карнеги» А.Малашенко:

«Ситуация, когда Москва претендует на некую глобальную роль, используя сотрудничество с Тегераном как площадку реализации своих амбиций, явно не устраивает иранское руководство. Иран не желает быть младшим партнером Москвы и дает понять, что готов быть лишь на равных с нею. При этом в новой многовекторной политике Ирана, с которого сняли санкции, приоритетом становятся отношения с Западом, а не с Россией.»

Вообще говоря, делать подобные глобальные выводы на основе одной, пусть даже весьма громко прозвучавшей фразы иранского чиновника — это верх безответственности и предвзятости. Тем более, что мотивы по которым министр обороны Ирана допустил столь неоднозначные высказывания в адрес России, весьма далеки от полной прозрачности.

Более того, на сегодняшний день это высказывание осталось изолированным фактом и не получило своего развития в форме какой-либо публичной кампании, которой обычно сопровождается реальное ухудшение отношений между государствами. Не говоря уже о том, что российское руководство весьма сдержанно отнеслось к данной ситуации, тем самым давая понять, что видит её несколько иначе, чем некоторые закусившие удила СМИ.

И действительно, трезвонить во все колокола о каком-то серьезном кризисе в российско-иранских отношениях объективно нет никаких причин. Ибо при всей важности слов, реальный уровень межгосударственных отношений всегда определяется состоянием дел.

А они таковы, что более тесные отношения между странами, чем ныне существуют между РФ и РИ, в современном мире еще нужно поискать. Россия и Иран совместно воюют в Сирии против международного терроризма, то есть фактически против Запада, который стоит за его спиной. Обе страны теснейшим образом сотрудничают в военной и экономической сфере. Примечательно, что именно в день так называемого «краха» российско-иранских отношений, мировые СМИ сообщили о готовности Тегерана заключить крупнейшую сделку с Москвой на поставку десятков истребителей семейства «Су». Одновременно Иран представил публике свою новейшую зенитно-ракетную систему, в которой специалисты тут же обнаружили большое сходство с российской С-300, что подразумевает серьезный уровень сотрудничества в сфере обмена военными технологиями. Тут же рядом состоялась и презентация нового иранского танка, который как две капли воды оказался похож на российский Т-90. Надо быть ребенком, чтобы не понимать, что всё это означает. И каким вздором выглядят на этом фоне отдельные высказывания некоторых иранских чиновников. Фундаментальный факт состоит в том, что власти Тегерана даже мысли не допускают, что источником военно-технической модернизации иранских вооруженных сил могут быть страны Запада. Опыт истории тому порукой.

И то обстоятельство, что Иран намерен активно сотрудничать с западными державами в некоторых сферах гражданской экономики, никак не умаляет значения того факта, что в ключевой для национальной безопасности сфере обороны его интересы ничего общего с западными не имеют. Именно поэтому тезис «эксперта» фонда Карнеги о приоритетности отношений Ирана с Западом, а не с Россией, выглядит, как минимум, притянутым за уши.

И вообще надо сказать, что применительно к данной ситуации известная восточная поговорка «Собака лает, а караван идет» подходит как нельзя лучше.