b9acb275a39dd5b7

Кость Бондаренко: На этих выборах украинские олигархи в последний раз используют «телевизор», как инструмент влияния

Олигархам на выборах больше не нужен телевизор, а кризис в экономике приводит к сокращению предвыборных бюджетов. Об этом в своем блоге пишет политолог Кость Бондаренко, размышляя о медиа-инструментарии предвыборных кампаний в Украине.

«Укоренившееся в сознании представление о том, что главным инструментом донесения политических месседжей в ходе избирательных кампаний является телевизор, похоже, постепенно отходит в прошлое. Телевидение постепенно деактуализируется как средство массовой информации, уступая Интернету. Хотя – по инерции – продолжается борьба за телеканалы, но они превращаются в дорогой и абсолютно необязательный атрибут современного олигарха: затраты на телевидение не в полной мере оправдываются в ходе политических и других национальных кампаний», — считает эксперт.

Он напомнил, что в конце 90-х в нашу постсоветскую действительность пришло такое явление, как Интернет. «Сам я начал осваивать Глобальную Паутину в далеком 1997-м году – то есть, более двадцати лет тому назад. Мне тогда было 28, и я помню, с каким энтузиазмом молодежь бросилась в новую для себя сферу. Буквально за несколько лет Украина пережила тотальную интернетизацию. Когда же Интернет стал неотъемлемым элементом не только персонального компьютера, но и телефона, стало понятно: ни одно другое средство массовой информации не может сравниться с Интернетом по скорости донесения информации».

Сегодня тем, кто были первопроходцами Интернета в Украине, уже далеко за 40 и даже за 50. Согласно данным социологов, это самая политически активная часть украинского общества. Да, процент домохозяек и пенсионеров, привыкших смотреть новости по телевизору, довольно высок, но на эту категорию накатывается волна «интернетчиков». «Мой отец, которому 81 год, с легкостью освоил Интернет – при этом он проживает не в городе, а в сельской местности. Значительную часть информации он черпает именно из сети»,- отмечает директор института «Новая политика».

В Интернет ушли и многие домохозяйки: ноутбук на кухне позволяет смотреть любой сериал (даже запрещенный к показу в Украине) без частых перерывов на рекламу и без привязки к конкретному времени. Плюс добавьте фактор социальных сетей (благодаря скудоумию украинской власти вся страна узнала заветную аббревиатуру VPN, чтобы продолжать пользоваться запрещенными в Украине «ВКонтакте» и «Одноклассниками»).

По словам Бондаренко, в 2004 году Майдан делал «телевизор – именно телевидение выступало в роли «не только пропагандиста и агитатора, но и коллективного организатора», как говаривал Вождь Мирового Пролетариата. А уже в 2014 году Майдан делал Интернет. И не просто Интернет, но социальные сети. Одна из причин поражения Януковича: он и его молодая команда недооценивали влияние Интернета, они были не готовы к информационному противостоянию нового типа. В то время как команда Януковича пыталась захватить тотальный контроль над телевидением, она вчистую проиграла Интернет.

«Сейчас, похоже, Петр Порошенко повторяет ошибку своего предшественника. Да, информация о политических процессах требует визуализации, картинки. Но не настолько, чтобы бросать все силы на монополизацию ТВ. Да, роль ТВ-каналов в нашем обществе по-прежнему высока. Но настолько ли, чтобы превращать битву за телеканалы в дурно пахнущее зрелище, небрежно закамуфлированное под «заботу о безопасности информационного пространства»,  — пишет автор. 

 Он призывает смотреть на цифры, которые говорят сами за себя. «К примеру, «Интер» с «Подробностями» — один из самых смотрибельных и наиболее профессионально сделанных выпусков новостей. 1 октября 2018 года новостийную программу «Подробности» посмотрели 1 018 983 зрителя из тех же, кто задержались дольше чем на 20 минут – только треть. При этом 1 октября 2018 года на новостное интернет-издание OBOZREVATEL зашли 1 248 580 читателей (причем преимущественно с мобильных телефонов», — пишет аналитик. И подчеркивает, что цифры ТВ и новостных сайтов сейчас уже вполне сопоставимы. А еще следует учитывать, что читатель интернет-сайта может всего за несколько минут в несколько щелчков узнать всю новостную картину дня, в то время как ТВ в этом плане куда менее удобен, ведь там новостной выпуск длится куда дольше.

«А добавьте к указанным выше интернет-показателям 12 миллионов пользователей «Фейсбука», значительная часть из которых черпает новости именно из соцсети. А еще тех, кто смотрит новости не по телевизору, а в Youtube – выборочно, то, что интересует, в удобное время, без привязки к телевизору. Таким образом, телевидение постепенно тоже начинает уходить в Интернет, пытаясь подстроиться под новые запросы потребителей информации. Появляется феномен Интернет-телевидения, видеоблогов (некоторые видеоблогеры, к примеру, Анатолий Шарий, влияют на формирование общественного сознания намного более активно, нежели десяток телевизионных каналов вместе взятых)», — считает Бондаренко.

Он отмечает, что телеканал – это громоздкая структура с массой условностей, зависимая от хозяина, от рынка рекламы, от Нацсовета по телевидению и радиовещанию, который превратился в пример самой беспардонной цензуры нашего времени. ТВ требует огромных капиталовложений. Интернет – мобилен, динамичен, почти независим, неподцензурен (законодательно почти не регулируется, попытки закрытия сайта легко обходятся). 

«Да, политические сайты зачастую субъективны в своих оценках. Но объективно ли телевидение? Да, интернет-сайты часто отражают позицию владельца или спонсора. Но не то ли мы наблюдаем и на телевидении? Но есть еще одно «но»: Интернет требует несоизмеримо меньше затрат – при не меньшей эффективности воздействия на публику, чем телевидение», — уверен политолог.

По мнению Бондаренко, кризис в экономике неизбежно будет приводить к сокращению рекламных бюджетов в ходе избирательных кампаний. Сегодня у политических игроков нет тех средств, которые тратились «на телевизор» в 2010, 2012, 2014 годах. А если и есть, то они будут тратиться более рационально. «Телевизор» (то есть телевизионная реклама) иногда съедает более трети бюджета кампании. Месячный бюджет работы с самым раскрученным сайтом в Интернете для политика будет стоить в 4-5 раз дешевле работы с не самым раскрученным нишевым новостным каналом с долей 1,5 — 2%.

В ноябре 2000 года Руперт Мэрдок заявил о конце эры печатных СМИ, спрогнозировав, что до 2010 года их не останется. Он ошибся: существуют и газеты, и журналы, но они уже не играют ту роль, которую играли в ХХ веке. Телевидение, естественно, тоже не умрет: оно останется средством массовой информации, и даже будет иметь своих постоянных приверженцев. Но чем далее, тем меньше будет использоваться как эффективный способ донесения информации.

«Похоже, избирательный цикл 2019 – 2020 годов станет последним циклом, когда графа «телевизор» будет съедать львиную долю избирательных бюджетов. А соответственно ближайшая пятилетка станет пятилеткой новых информационных технологий и новых информационных проектов»,- резюмирует директор института «Новая политика».

Добавить комментарий