Уходя не уходи. Брюссель пугает Лондон последствиями Брексита и войной в Северной Ирландии

Если и есть сходство между экс-премьером и «железной леди» Маргарет Тэтчер с нынешним премьер-министром Терезой Мэй, то только в одном — в железной хватке за власть. На этом, увы, сходство заканчивается. И начинается закат карьеры Терезы Мэй, споткнувшейся о Брексит.

Она даже в своей партии растеряла поддержку однопартийцев. Чего стоила  попытка более сотни депутатов-консерваторов сместить ее с поста лидера партии. Правда, не хватило голосов. Но эти недовольные и проголосовали вместе с лейбористами в ходе попытки уже этой оппозиционной силы сместить Мэй с поста премьера. Мэй удержалась в кресле благодаря минимальному перевесу в 30 голосов. Руководство Консервативной партии пока не готово снимать с поста премьера своего теряющего популярность лидера, так как это грозит досрочными парламентскими выборами, в которых консерваторы не заинтересованы. 

Лейбористы же пытаются на волне скандалов вокруг согласованного с ЕС плана по Брекситу спровоцировать роспуск парламента и на новых выборах взять большинство и самим сформировать правительство. Вот почему в минувшую среду англичане прильнули к телевизорам, наблюдая в прямом эфире словесную дуэль лидера консерваторов и премьер-министра Терезы Мэй с лидером лейбористов, главной оппозиционной партии страны Джереми Корбиным. На кону стоял вотум недоверия премьер-министру после того, как парламент отклонил согласованный с ЕС пакет документов по выходу Великобритании из ЕС. Тереза Мэй удержалась в кресле с минимальным перевесом в 30 голосов в свою пользу только потому, что консерваторы не хотят досрочных выборов в парламент, которые они могут проиграть лейбористам. Но и ее план по выходу из ЕС значительная часть депутатов от Консервативной партии не одобряют.

После провала голосования по Брекситу у Великобритании есть два пути: первый — просить Брюссель продлить срок действия уже согласованного пакета, а он истекает 29 марта, или пойти по второму варианту — взять и уйти без переходного периода или согласованных условий. Втрой путь грозит Великобритании экономическим хаосом и серьезными политическими издержками. Не устраивает такой путь и Брюссель. Вот почему руководители ЕС после некоторой растерянности дали понять Лондону, что готовы продлить срок действия пакета по выходу. Но тут же поставили Терезе Мэй условие: она должна в предварительном порядке достигнуть соглашения между консервативным правительством и лейбористской оппозицией, которое гарантировало бы Брексит на уже согласованных с ЕС условиях. 

Это требование Брюсселя у бывшей «владычицы морей» тут же вызвало шквал критики со всех сторон: нас унижают, нам навязывают условия достижения консенсуса, как какой-то Греции. Джереми Корбин сделал заявление, что не сядет с Мэй за стол переговоров. Однако в его партии сильны настроения тех, кто устал от мучительного поиска выхода из ЕС и настаивают на повторном референдуме: мол, надо снова посоветоваться с народом. И не факт, что повторный референдум подтвердит желание англичан расстаться с ЕС. Вся эта грозящая политическими неурядицами ситуация уже изрядно надоела  избирателям. 

И действительно, отказа от согласованного с ЕС плана по выходу грозит Лондону политическими осложнениями. И главное их них определение статуса отношений между Северной Ирландией (Великобритания) и Республикой Ирландия. Дублин уже предупредил Лондон, что уход из европейского клуба ставит под угрозу мирные соглашения 1998 года, которые положили конец кровопролитному конфликту в Северной Ирландии между католиками, выступающими за воссоединение с  Ирландией, и протестантами, жаждущими сохранить связь с Лондоном. И это не страшилка, а вполне реальная ситуация. Итоги референдума по Брекситу в Северной Ирландии показали, что старые раны далеко не зажили. Регион расколот почти поровну. За сохранения членствах в ЕС проголосовало 349 тысяч  избирателей, а за Брексит отдали свои голоса 440 тысяч жителей анклава. В рамках же ЕС обе разделённые части свободно взаимодействуют друг с другом. 

Брюссель предложил Лондону компромисс в этом вопросе: чтобы не воссоздавать границу между Северной Ирландией и Республикой Ирландия, сохранить на два года Англию в едином таможенном пространстве с возможностью продления этого статуса еще на два горда, пока не будет найдено лучшее решение этой проблемы. А пока Великобритания и ЕС будут совместно использовать одну таможенную территорию, чтобы сохранить старые  тарифы, квоты или контроль за товарами, циркулирующие между Северной Ирландией и Республикой Ирландия. Кроме того, в Северной Ирландии сохраняются  некоторые европейские стандарты, такие как НДС и акцизное законодательство, законодательство о товарах или ветеринарном контроле.

Сторонники Брексита увидели в этом ловушку: страна как бы уходит, но лишается возможности определять свою таможенную политику, например в отношениях с США.  И задаются вопросом: а ради чего тогда выходить из ЕС, если фактически мы там остаёмся и неизвестно, когда и никаких условиях выйдем оттуда? К примеру, английские рыбаки уже протестуют против квот Брюсселя на вылов рыбы и против права других стран ловить рыбу в богатых рыбными ресурсами прибрежных водах Англии. Другие увидели в этом путь к постепенному воссоединению Северной Ирландии с Республикой Ирландия и ослабления там власти центрального правительства. Ну а самые горячие головы заговорили о возможности новой гражданской войны в Северной Ирландии. 

Кто сможет распутать весь это клубок противоречий? Консерваторы? Лейбористы? Вряд ли тут справится одна партия. И Брюссель прав, требуя от Мэй согласования позиции по Брекситу с оппозицией. А с другой стороны, в ходе дискуссии с Мэй Джереми Корбин не сумел четко сформулировать альтернативу курсу Мэй. И влиятельная часть его партии настаивает на повтором референдуме, а это удар и по Корбину, голосовавшему за Брексит. Вот он и тянет с ответом своим однопартийцам по поводу повторного голосования. 

Чего в этой ситуации добивается Брюссель? Еврокомиссия пытается усадить за стол переговоров Мэй и Корбина и не дает им поля для манёвра: вы должны согласиться остаться в таможенном союзе с Европой, по примеру Турции, чтобы предотвратить возникновения границы между Северной Ирландией (британская территория) и Республикой Ирландия (партнер ЕС). Следует учитывать и еще один важный нюанс: правительство Республики Ирландия утвердило соглашение с Англией о выходе из ЕС с учетом соответствующих гарантий для населения Северной Ирландии. Если это будет пересмотрено, то Дублин может воспользоваться правом вето и не дать своего согласия на пересмотр уже достигнутых договоренностей по границе между Англией и Ирландией.

Брюссель пугает Лондон: если не договоритесь между собой, то тогда вас ожидает хаос и серьезные экономические потери. И именно вы в глазах избирателей будете нести ответственность за резкое ухудшение уровня жизни в стране. «Мы не можем спасти Мэй, она должна спасти себя», — заявил журналистам анонимный представитель Еврокомиссии. И Мэй быстро уловила этот сигнал. Она уже начала контакты с представителями небольших партий в парламенте — либералами, шотландскими националистами и валлийцами —, чтобы перетащить их на свою сторону. Однако без лейбористов ее план обречён. Выходить, что ей надо раскалывать лейбористов и привлекать их на сторону консерваторов. А на все эти манёвры требуется время. И Брюссель готов его дать. Но с уже названным выше условием достижения соглашения Мэй с Джереми Корбиным. 

Что же, надежда умирает последней. В Брюсселе охотно вспоминают пик кризиса в отношениях с Грецией. В 2015 году выход этой страны из ЕС казался неизбежным. Но после жестких политических баталий жители Греции в ходе референдума отклонили идею выхода из ЕС — и Греция осталась в зоне евро. В Брюсселе надеются на то, что все страхи и опасения хаотичного выхода из ЕС заставят Лондон одуматься. И ради этого готовы включить все рычаги давления на английских политиков, чтобы вынудить их пойти на уступки перед угрозами политического и экономического хаоса.

Добавить комментарий