Литва довела до конца судилище по делу 1991 года. За западные технологии «сакральных жертв» отвечают невиновные россияне

В Литве воюют с призраками прошлого. С утра, 27 марта, появилась информация, что бывшего министра обороны СССР Дмитрия Язова приговорили к 10 годам лишения свободы. Правда, заочно, так как 94-летний маршал СССР проживает в Москве.

Речь идет о событиях 28-летней давности, когда в январе 1991 года во время политического двоевластия с уличными стычками сторонников независимости и тех, кто хотел, чтобы Литва оставалась в составе СССР, в Вильнюсе погибли 14 человек.

Обвинения в совершенной «советской агрессии» были предъявлены 67 гражданам России, Белоруссии, Украины. Но в реальности перед литовским судом предстали только два гражданина РФ. Они то и получили вполне реальные, а не заочные сроки. Юрий Мель, задержанный в Литве в 2014 году получил семь лет лишения свободы, а Геннадий Иванов приговорен к четырем.

Юрий Мель — ветеран вооруженных сил, полковник запаса, в марте 2014 года был арестован в Литве, куда по делам в очередной раз он легально въехал из Калининградской области, где проживает. Все это время Мель находится в заключении, несмотря на плохое состояние здоровья и неоднократные просьбы защиты смягчить меру пресечения. Второй — проживающий в Вильнюсе гражданин России, бывший военный Геннадий Иванов.

Судебные заседания по делу о событиях 13 января 1991 года начались в 2016 году. Литовская прокуратура утверждает, что люди, которые вышли на акции протеста и погибли у Вильнюсской телебашни в январе 1991 года, были убиты советскими солдатами, однако никаких доказательств не предоставляет.

Заочный приговор, помимо Дмитрия Язова получил и бывший сотрудник КГБ СССР Михаил Головатов, проживающий в России. Он уже пояснил, что стоит за судилищем и в чем его смысл.

«Конечная цель — получить обвинительный приговор и в дальнейшем использовать для получения компенсации за «оккупацию» Литвы, Латвии и Эстонии, — заявил он. — Впереди идет Литва. Это самое основное. <…> То, что делается Литвой, очевидно, все то вранье и искажение. Если на 1992 год было порядка 500 потерпевших, то на сегодняшний день уже полторы тысячи. Откуда они взялись?».

Еще в июле 2018 года Следственный комитет РФ возбудил дело против генпрокуроров и судей Литвы о привлечении невиновных к ответственности по итогам расследования событий в Вильнюсе в 1991 году.

Показательно, что сотрудников российского посольства в Литве и представителей российских СМИ сегодня на заседание не пустили. Как отметили в дипмиссии, им заявили, что «мест нет». Также не пустили представителей российской прессы.

Российское посольство в Литве уже назвало процесс политическим «в худших традициях карательной юстиции», а также отмечали, что он ведется с нарушением международного и литовского внутреннего уголовного права. Что будет предпринимать российская сторона для освобождения российских граждан, пока не известно, дипломаты привычно выражают озабоченность.

Реакция российской стороны выглядит по меньшей мере странной и учитывая собранную доказательную базу по событиям 1991 года, защита дипломатов могла бы вестись куда более активно. Показательно, что не в России, а в Европе уже вышло немало публикаций, в том числе книг с подробным описанием, что и как происходило у телецентра в январе 1991 года. Литовский суд, как известно, даже не рассматривал версии о деятельности провокаторов в советской форме. А ведь это был первый случай, когда на территории СССР была применена технология так называемых «сакральных жертв», которая потом успешно применялась в Грузии, на Украине, и других странах с «цветными революциями». О том, что западные спецслужбы готовили подобные операции признавался даже первый министр обороны независимой Литвы Аудрюс Буткявичус. Впоследствие он неоднократно подтверждал это в своих интервью.

О технологии «сакральных жертв» и связи событий 1991 года в Вильнюсе и майданом в Киеве в 2014 году говорится в книге Алексея Бердникова и Сергея Заворотного «Янукович сдал, Госдеп принял. Как Россия потеряла Украину». Приводим отрывок из книги.

* * *

Один из самых любимых методов работы Ми-6 — «сакральные жертвы», технология использования которых до мелочей была отработана в Литве во время расстрела протестующих возле Вильнюсского телецентра. Сценарий, написанный в Лондоне для Вильнюса, точь-в-точь — даже с одним и тем же «героем» — поставили и на Украине. Речь идет об Аудрюсе Буткявичусе, получившим за своё первое злодеяние пост первого министра обороны независимой Литвы.

Что же произошло тогда на площади перед телебашней в Вильнюсе? Согласно официальной литовской версии, советские солдаты и бойцы группы «Альфа» беспричинно расстреляли мирных невооруженных литовцев.

Эту версию в Литве отрицать запрещено по закону: в 2012 году местный политик Альгирдас Палецкис был приговорен к крупному штрафу за фразу: «А что было 13 января, значит, у башни? Сейчас выясняется, что свои стреляли в своих». Прокуроры «демократической Литвы» требовали посадить Палецкиса за эти слова на два года, но под давлением мирового сообщества ему назначили наказание, не связанное с лишением свободы.

Между тем, слова Палецкиса прямо подтверждаются откровениями уже известного нам Аудрюса Буткявичуса в 2000 году. Вот что он заявил в интервью одной из местных газет:

— Жертвы январских событий Вы планировали?

— Да.

— То есть Вы сознательно шли на эти жертвы?

— Да.

— И Вы не чувствовали угрызений совести, ну… за то, что Вы людей в общем-то подставили?

— Чувствовал. Но и мои родители тоже там были. Я не имел никакой личной гарантии. Вот это единственное мое оправдание. Там стояли мои папа и мама. Я не охранял себя даже бронежилетом. Я не имел какой-то личной охраны. Я просто играл, ясно сознавая, что произойдет. Но я хочу сказать, по сравнению с тем, что происходило в других местах Союза, это были очень маленькие жертвы. Я не могу оправдать себя перед родными погибших. Но перед историей — да. Я могу сказать другое: эти жертвы нанесли такой сильный удар по двум главным столпам советской власти, по армии и по КГБ — произошла их компрометация. Я прямо скажу — да, я планировал это. Я работал долгое время с институтом Эйнштейна, с профессором Джином Шарпом, который занимался, что называется, гражданской обороной. Или психологической войной. Да, и я планировал, как поставить советскую армию в очень неудобную психологическую позицию, чтобы любой офицер стал стыдиться того, что он там находится. Это была психологическая война. В этом конфликте мы не могли выиграть, употребляя силу. Это было ясно. И я старался перетянуть конфликт на другую фазу — на фазу психологической стычки. Я выиграл. Я могу сказать «я», потому что планы ненасильственной обороны были разработаны задолго до январских событий. И это лежало на мне как на человеке, со студенческих лет занимавшемся психологией. В том числе — и психологической войной, как дисциплиной».

На календаре — 2000 год. Еще нет даже такого понятия — «цветная революция». Всемирная слава тогда малоизвестного идеолога «ненасильственных» революций Джина Шарпа еще впереди. А Буткявичус откровенно рассуждает о событиях почти десятилетней давности, как о психологической войне и «сакральной жертве», после которой массы революционизируются и создаются все предпосылки для переворота.

О сакральных жертвах «вильнюсской бойни» рассказал в 2003 году и один из бывших лидеров «Саюдиса», писатель Витаутас Петкявичюс в книге под названием «Корабль дураков». «На совести Ландсбергиса и Буткявичюса жертвы ночи 13 января, поскольку один придумал, а по приказу другого несколько пограничников были переодеты и запущены на телебашню. Это они сверху вниз стреляли в толпу. Я это своими глазами видел, когда возле моих ног рикошетом от асфальта отскакивали пули», — пишет Петкявичус. Его, как и Палецкиса, пытались осудить, но Петкявичус «вовремя» умер.

Таким образом, свидетельств того, что 13 января 1991 года в Вильнюсе боевики «Саюдиса» стреляли по мирным согражданам, чтобы скомпрометировать Советскую армию — более чем достаточно.

Случайность ли, что как только начался «евромайдан» на Украине, в Киев зачастил экс-министр обороны Литвы Бюткявичус? Ми-6 снова подрядило своего опытного бойца на рекогносцировку местности для подготовки аналогичной Вильнюсу бойни в Киеве. Бюткявичус свободно перемещался не только по украинской столице, но и по городам Западной Украины. Курсировал по местам подготовки боевиков и снайперов в Прибалтике. Служба безопасности Украины вела наблюдение за его деятельностью, и отчеты о вояжах литовского гостя ложились на стол главы СБУ Александру Якименко и попадали в сводки к президенту. Но ничего для пресечения или документирования деятельности высокопоставленного агента Ми-6 на территории Украины не делалось.

Янукович всегда считал, что если ему становится известно что-то о действиях его врагов, значит — все под контролем, и нет оснований для беспокойства. Эта удивительная «селюковская» черта в характере президента сыграет с ним злую шутку. Лишь в декабре 2013 года, когда Бюткявичус почти в открытую займется боевиками, ему закрыли въезд на территорию Украины.

Формально сегодня это даёт ему основание заявлять о своей непричастности к расстрелам на «майдане». Более того: Бюткявичус даже попытался выйти на спецслужбы России с тем, чтобы «очистить своё имя от клеветы».

* * *

К вечеру, 27 марта премьер-министр Литвы Саулюс Сквернялис предостерег сотрудников литовской прокуратуры и суда, имевших отношение к делу, от поездок на восток. «В отношении этих людей вероятно применение различных санкций. Им следует воздержаться от визитов в такие страны, где можно будет пострадать от этого воздействия», — сказал Сквернялис.

Президент Литвы Даля Грибаускайте поспешила поддержать решение суда, которое она назвала «очной ставкой с правдой и днем исторического правосудия».

Добавить комментарий