От революции «гидности» до власти фригидности

В украинском языке, как известно, есть два перевода русского слова «годовщина» — «ричныця» и «роковыны». Первую отмечают, когда речь идет о чем-то приятном, торжественном, праздничном. Во вторую скорбят, потому что кто-то скончался или что-то умерло. Это как поминки. Например, по надеждам украинцев на лучшее.

Первый раз с этой разницей в терминах лопухнулся еще лидер «оранжевой революции» 2004 года Виктор Ющенко. В 2005 году, к первой годовщине своего госпереворота он, впервые строящий свое президентство на насильственной и демонстративной украинизации, но сам говорящий на дичайшем суржике вместо украинского языка, учредил «День свободы». И тогда же по тупости назвал эту как бы праздничную дату «роковынами». И действительно: уже в 2005 году было понятно, что год с начала бунта — это роковыны умерших надежд на перемены.

Точно такая же ситуация и сейчас. Буквально на днях нового «зеленого» генпрокурора Украины Ирину Венедиктову спросили, почему она не торопится подписывать обвинение экс-лидеру одесского неонацистского «Правого сектора» Сергею Стерненко, который одного человека зарезал насмерть, а другого только покромсал ножом. Ответ был потрясающе символичен. Венедиктова сказала, что, подписывая те или иные подозрения, обвинения и прочую процессуальную лабуду, Генпрокуратура исходит из того, вызовет это или не вызовет «возмущение в обществе». Согласитесь, гениальное признание того, что в Украине не законы определяют жизнь общества, а некая революционная целесообразность, которая выше законов. Из уст, повторю, генпрокурора, которая боится тронуть убийцу, потому что его «побратимы» недовольны.

Это очень символичный подарок украинцам к первой годовщине пребывания у власти нового президента Владимира Зеленского. Ровно год назад надежды на обновление и отказ от старого у народа были. Они даже предопределили избрание нового президента. В 2019 году постмайданная власть президента Петра Порошенко праздновала свой первый знатный юбилей – 5-летнюю годовщину со дня государственного переворота на майдане в 2014-м, который обозвали «революцией гидности» (достоинства). Но через пять лет более 73% избирателей уже понимали, что это не «ричныця», а именно «роковыны». И потому отдали свои голоса даже не так за Зеленского, как против его предшественника Петра Порошенко с его камарильей, названой «порохоботами», коррупцией, тотальным обнищанием, социальным геноцидом, украинизацией, издевательствами над историей и памятью и т. д. и т. п.

И сегодня же опять понятно, что и с Зеленским у людей тоже не «ричныця», а первые, увы, «роковыны». И что никаких перемен к лучшему не просто нет, но и не будет. Квази- или, если хотите, эрзацдиктатура порохоботства при Зеленском получила новый импульс. А принуждение и насилие как единственные способы решения проблем остаются в арсенале и продолжаются в новом – «зеленом» — обличье. И любые протесты против этого будут жестоко и бескомпромиссно подавляться. И силы для этого у власти есть. И они прежние – не только правоохранители, но и агрессивное так называемое «гражданское общество», выпестованное майданными политиками и при поддержке постмайданных властей всех уровней и представленное неонацистскими и неофашистскими парамилитарными полукриминальными структурами, ветеранскими и всевозможными патриотическими организациями, активистами и волонтерами, для которых такие порядки – это среда обитания. И место пропитания, кормушка, разумеется.

Схема тут проста: там, где официальные правоохранительные органы не вмешиваются, поддерживая светлый демократический имидж власти в глазах внешних кураторов и международного сообщества, работают «помощники». Боевики и погромщики, которые убивают, калечат, избивают, обливают нечистотами, сжигают дома, запугивают расправами над родными и т. д. Арсенал у «помощников» — самый разнообразный, они ничуть не стеснены законом. И власть, с одной стороны, на них опирается, а с другой – их же боится. Причем боится не те 73%, которые избрали Зеленского, а тех, за кого отдали максимум 25% голосов (на выборах Порошенко собрал 24,45% голосов). А если брать праворадикалов самого различного толка, которые сейчас кошмарят страну, то они вообще взяли на выборах 1,5-2,5% голосов.

Удивительный механизм формирования власти в Украине работает. Большинство хочет перемен и голосует за них на выборах, так как не хочет уличных схваток. Народу позволяют это делать, а потом подавляют его волю экстремистами и радикалами. При Порошенко это начиналось, при Зеленском обрело почти законченную форму. К взаимному удовольствию. И власти Зеленского, и ее закулисных кукловодов – главы МВД Арсена Авакова, который поставлен в Украине «гарантом стабильности» внешними кураторами, и внутриукраинского олигархического союза, которому тоже нужно спокойствие на завершающем этапе раздерибана страны.

И так называемое «дело Стерненко» — не единственное. Власть проходит свой удивительный «маршрут» (от «революции гидности» до полной недееспособности и фригидности) во всех делах, по итогам которых против нее могут протестовать. Но, напоминаю, не большинство народа, запуганное и задавленное репрессиями, а агрессивное меньшинство с дубинами и «коктейлями Молотова» в руках. Власть легко и непринужденно преследует своих оппонентов, но игнорирует любые преступления, в которых замешаны «активисты майдана» или «ветераны АТО».

Вот хронологические этапы этого «маршрута»: расстрел «небесной сотни» на майдане в феврале 2014 года; дело поджога офиса Партии регионов в 2014 году, которое организовала Татьяна Черновол; дело убийц в одесском доме профсоюзов («Одесской Хатыни») 2 мая 2014 года; дело Олеся Бузины; дела бывших высокопоставленных регионалов-соратников свергнутого президента Виктора Януковича, тоже убитых в 2015 году; дело убийц кума Януковича в Донецкой области и т. д. и т. п. Всем преступникам «евромайдана» изначально была объявлена амнистия. И вот с тех пор по всей стране уже седьмой год киевские и местные суды под давлением радикалов самых разных мастей и оттенков выпускают на свободу убийц, карателей, поджигателей, бандитов, погромщиков, рэкетиров, хулиганов. Чтобы, как сказала Венедиктова, не «волновать общество».

Причем власти готовы жертвовать даже своими погибшими, если в преступлениях против них торчат уши майданных «активистов» и «патриотов». И я не говорю о закрытых или вообще не открытых делах или отпущенных на свободу под залог, например, Сергее Пашинском, расстрелявшем работягу на дороге, Олеге Свинарчуке-Гладковском, грабившем «Укроборонпром», Юрии Грымчаке, попавшемся на взятке на рабочем месте замминистра. Это те же дела журналиста Павла Шеремета и активистки Кати Гандзюк — их тоже, похоже, «мочканули» свои, а значит, убийцы неприкосновенны. О 16 уголовных делах против самого Порошенко, которые никто при Зеленском и не собирается рассматривать, и говорить не стоит. Это классика печального жанра политической фригидности «зеленой» власти. И подтверждение того, что в Украине никаких перемен не будет. А историю повседневной жизни будут писать те, кто объявил себя победителем на майдане и хочет вечно пользоваться плодами победы. И что примирение возможно только на условиях майданных победителей. А кто не согласен – в расход или под пресс.

Не верите? Буквально накануне «роковын» Зеленского Высший антикоррупционный суд Украины (ВАКС) отказался арестовывать крупнейшего киевского застройщика Максима Микитася, который за свою свободу отказался вносить залог в 100 млн. грн. Любого бы при таких делах немедленно захомутали бы, а Микитася нет. Потому что он – не просто «победитель». Он – порохобот, по данным СМИ, «кормящий» эту власть и в Киеве, и наверху. Он приближенный киевского мэра Виталия Кличко и бывший нардеп от «Блока Петра Порошенко» (БПП) в парламенте. Кто же его тронет? А в Херсоне в помещение еврейской общины бросили «коктейль Молтова», чтобы и еврей Зеленский, и все остальные помнили, кто в Украине хозяин. Так и живем…

Подпишитесь на нас в Яндекс.Дзен

Подписаться

Добавить комментарий