Как сдавали Крым

У издания Украина.ру оказался крайне любопытный документ — протокол допроса начальник штаба — первого заместителя командира 10-й морской авиационной бригады ВМС ВС Украины полковника Николая Литвиненко. Допрос проведён 3 августа 2016 года в помещении военной прокуратуры Южного региона Украины (г. Одесса) и касается событий февраля-апреля 2014 года, когда данное подразделение без сопротивления покинуло Крым якобы под угрозой атаки превосходящих сил противника. В августе 2014 года командир бригады Игорь Бедзай «за личное мужество и героизм, проявленные в защите государственного суверенитета и территориальной целостности Украины, верность воинской присяге во время российско-украинской войны» был награждён орденом Богдана Хмельницкого III степени.

Гости из Самары

Согласно показаниям полковника Литвиненко, 27 февраля 2014 года к зданию КПП-2 на въезде в военный аэродром Саки подъехал военный КАМАЗ без номеров. На нем — около 20 человек в форме армии Российской Федерации, но без знаков различия. У них было стрелковое оружие, гранатометы и 2 пулемета.

«Они не скрывали, что являются военнослужащими подразделения ГРУ Генштаба ВС РФ, насколько я помню, из Самары. Старший команды отрекомендовался как старший лейтенант Сергей. На вопрос, с какой целью они прибыли, они ответили, что для предоставления нам помощи от бандеровцев и правосеков, которые должны прибыть с Майдана в Крым», — рассказывает полковник.

Этот самый Сергей потребовал разместить его подразделение на территории аэродрома. Украинские военные попытались объяснить, что им не нужна помощь (кстати, почему-то никто не задал классический для той поры вопрос: «Где вы видели правосеков?»), а также нет законных оснований для размещения российских коллег на украинских военных объектах.

После этого прибывшие отправились туда, где можно было разместиться законно — в общежитие при представительстве ОКБ «Сухого» в ПГТ Новофедоровка. По договору между Украиной и РФ на аэродроме Саки предусматривалась возможность использования Россией авиационного полигона взлетно-посадочных систем корабельной авиации НИТКА (Научно-исследовательский тренажер корабельной авиации).

«Первые дни они проводили рекогносцировку, изучали возможность проникновения на аэродром, подъездные пути, размещение наших объектов, распорядок дня и другие вопросы нашей повседневной деятельности», — показывает полковник Литвиненко.

Итак, если показания достоверны, выходит, что в конце февраля 2014 года, т.е. сразу после завершения Майдана и госпереворота в Киеве, к украинской военной базе при аэродроме Саки в Крыму приехали 20 вооруженных ГРУшников, поговорили с командованием украинской авиабригады и поселились в общежитие неподалеку. Затем они несколько дней изучали местность с целью проникновения на аэродром и эти «несколько дней» украинскими военными не предпринималось ничего. Если о ситуации и доложили наверх, то никаких приказов действовать никому не поступало. А ведь пока всего 20 человек, нейтрализовать которых можно было бы силами местной полиции.

Подполковник в раздумьях

В начале марта появляются еще 20 военнослужащих РФ. Теперь 40 человек, тоже не ахти что против авиационной бригады, а также сил СБУ и полиции, которые там были. Итак, эти двадцать российских военных пытаются через КПП-1 въехать на украинскую базу вместе с санитарной машиной. Дежурный дает команду остановиться, но они попытаются подтолкнуть санитарную машину своим грузовиком, используя его как таран.

«После демонстрации нами оружия, они остановились. Личный состав российского подразделения покинул машины и размесился по периметру нашего забора».

Если полковник Литвиненко ничего не придумывает, все это напоминает штурм пиратами форта в мультфильме «Остров сокровищ». Ну да здесь не до смеха. Чем же отвечает украинское командование? На КПП прибыл командир подразделения полковник Бедзай, которому тут же предложили сдать под охрану оружие и перейти на сторону РФ. Пока Бедзай думает (а из показаний прямо следует, что он не сразу ответил: «Нет»), происходит нечто уж совсем загадочное. Через 10-20 минут к месту событий прибывает… нет, не спецназ, а группа местных жителей из ПГТ Новофедоровка, которые «стали между военнослужащими Украины и РФ и требовали от военнослужащих РФ покинуть территорию населенного пункта». За селянами появляются глава сельсовета В.И. Федоров вместе с несколькими депутатами и требуют, чтобы никто не применял оружия. Это странно. Если предположить, что вооруженные военные другого государства уже фактически штурмуют украинскую авиабазу, то в каком смысле не надо применять оружие и кому не надо? Дальше еще интереснее. На КПП прибывают ВР Украины Олег Параскив и депутат парламента АРК Валерий Гриневич. Они требуют от подполковника Бедзая сдать стрелковое вооружение военнослужащим РФ под охрану. Уже весь близлежащий населенный пункт знает, что происходит, а спецназа полиции и СБУ как не было, так и нет. Не говоря уже о том, что подполковник Бедзай с 27 февраля никого «не успел» оповестить. Прикидывал что ли как выгоднее поступить?

Итак, «Бедзай спросил у них, как у представителей украинской власти, каким законным образом украинский командир может передать оружие неизвестному незаконному вооруженному формированию, но внятного ответа не получил». А почему это полковник ВМС ВСУ в условиях осады его базы военнослужащими другого государства интересуется законными основаниями передачи оружия у пары депутатов? Он им не подчиняется, есть прямое начальство, есть главнокомандующий в виде в тот момент и.о. президента Турчинова. Тем временем, старший группы российских военных просто и непосредственно предлагает принять у Бедзая вооружение под свою ответственность и даже составить акт или, на худой конец, расписку. Только теперь долго думавший подполковник отказывается.

«В связи с тем, что местное население требовало от них покинуть населенный пункт и численное преимущество было на стороне военнослужащих Украины, российские военные отошли от нашей части и от КПП. Значительная их часть пошла к общежитию ОКБ «Сухого», другие отошли и производили скрытое наблюдение».

Ну чисто «Остров сокровищ». Хотя очень важно запомнить, что по словам Литвиненко в первых числах марта преимущество было на украинской стороне, база не блокирована, оперативная связь не нарушена, но подполковник Бедзай решает перебазировать на материковую часть Украины летательные аппараты бригады «с целью недопущения захвата». 3 марта перебазировка осуществлена. Напомним, в районе аэродрома все еще только 40 российских военных без бронетехники, им никто не оказывает сопротивления, но боевые самолеты и вертолеты уже эвакуируют. Подполковник точно принял такое решение самостоятельно или ему дали приказ из Киева?

Кац предлагает сдаться

«Далее, после проведения так называемого референдума, приблизительно 5-6 марта, на территорию аэродрома Саки, со стороны населенного пункта Орехово прибыло другое подразделение ВС РФ», — сообщает Литвиненко.

Референдум произошел 16 марта, но это не главное. Главное, что после эвакуации техники подполковник Бедзай еще 3 дня сидел на базе с целой бригадой и ничего не предпринимал против 40 человек противника. Когда же 5-6 марта на территорию аэродрома, которую якобы невозможно было охранять из-за слишком больших размеров (760 га), на 20-25 КАМАЗах въехали 250 военных РФ и расположились в помещении командно-диспетчерского пункта, Бедзай вместе с подполковником О.В. Осадчим «прибыли в КДП для выяснения, кто, с какой целью прибыл на территорию аэродрома».

«Выяснилось, что это было специальное подразделение ВС РФ из Наурского района Чечни, которые в разговорах пояснили, что представляют 18-ю мотострелковую бригаду РФ. Один из военнослужащих по имени Зелихман, они трое суток ехали с места постоянной дислокации по направлению к г. Киеву, но потом были перенаправлены в АР Крым. На следующие сутки после референдума подразделение из Чечни убыло в неизвестном мне направлении. После этого на территорию аэродрома Саки прибыло подразделение морской пехоты ВС РФ в составе батальонной тактической группы на БТР».

Вот это номер. С 5 по 16 марта на территории украинского военного аэродрома располагаются военные другого государства, а украинское командование тихо и мирно выясняет, как они называются, из какого района прибыли, общается с каким-то Зелихманом. Киев и правительство Турчинова молчат.

После появления бронетехники бригада оставляет объекты аэродрома, где украинские военные почти две недели мирно выясняли у Зелихмана, из какого он района Чечни и как дела у его родственников, и запирается на территории воинской части. Как только референдум завершился, подразделению ВМС ВСУ предложили сдать оружие и перейти на службу в ВС РФ. Бедзай отказывается, но ему и остальным предлагают беспрепятственно покинуть территорию Крыма, если он пойдет на выдвинутые условия.

«Фактически мы находились под властью РФ, — оправдывается в прокуратуре полковник Литвиненко. — Штаб ВМС ВС Украины был блокирован еще раньше, каналы военной связи и управления нарушены, поэтому получить надлежащим образом подтвержденные приказы мы не могли».

Важный вопрос, с какого момента они находились под властью РФ. С 27 февраля, когда на КПП появились 20 ГРУшников или с 5 марта, когда вели беседы с Зелихманом и чеченским подразделением? 3 марта (перебазировка летательных аппаратов в связи с опасностью их захвата) связь явно еще работала. Заработает ли она снова? Чудеса, но да, заработает.

«Учитывая невозможность оказать реальное сопротивление значительно большим подразделениям ВС РФ, которое имели преимущество в вооружении, и после заявления представителя ГШ ВС Украины генерал-лейтенантом Аскаровым, который пояснил, что мы вынуждены выполнить требование РФ об обеспечении ими контроля над нашей военной техникой и вооружением».

Вот здесь непонятно. В своих показаниях полковник Литвиненко утверждает, что как минимум до 5-6 марта преимущество было на стороне Украины. Теперь же он оправдывает сдачу оружия численным превосходством ВС РФ. И самое главное, если каналы военной связи и управления были нарушены настолько, что подполковник Бедзай не мог получить приказ об оказании сопротивления тогда, когда он еще имел преимущество, откуда взялся начальник ГУ оборонного планирования ГШ ВСУ Владимир Аскаров? Прилетел на эвакуированном с базы вертолете?

Итак, первый и единственный приказ, который поступил на базу ВМФ Украины в Саках из центра с 27 февраля по 17 марта 2014 года – это приказ сдаваться. И то, приказ ли? Выяснять, что означает формулировка «пояснил, что мы вынуждены», будет когда-нибудь следователь.

Штурм без единого выстрела

«Но пытаясь все-таки проконтролировать попадание оружия именно военным РФ, были составлены списки и графики передачи всего вооружения, техники и материальных средств частей ВС Украины, которые базировались на территории Крыма на материковую часть Украины. Мы, именно так оценивая ситуацию, приняли участие в составлении перечня всего военного имущества и готовили его для отправки. Настаиваю, что таковым было прежде всего решение власти РФ, которой и устанавливались формы контроля за нами.

Если оправдания полковника Литвиненко перевести на человеческий язык, получается, что власти РФ потребовали от командования украинской бригады составить список всего, что у них есть для отправки на контролируемую Украиной территорию. И командование согласилось предоставить «оккупанту» всю информацию. И что значит «устанавливались формы контроля»? Вы находились в плену под дулами автоматов или все еще сидели на своей военной базе, не сдав вооружение? Да, вооруженные сидели на базе и при этом соглашались на все требования. Выполняли, правда, нерасторопно. По этой причине утром 22 марта «нас предупредили, что в случае невыполнения требований в отношении нас применят силу, а территория и штаб бригады будут взяты штурмом, который сначала будут осуществлять гражданские, а в случае использования нами стрелкового оружия против гражданских, уничтожат нас с помощью бронированной техники».

В 13:00 состоялся штурм. Точнее, действительно вышли гражданские, призывая украинских военных не начинать вооруженного столкновения, а затем на территорию базы вошли представители ВС РФ и приняли, на чем наставал сотрудник ГШ Украины генерал-лейтенант Аскаров, все имевшееся в части стрелковое вооружение.

«Позже выяснилось, что местное население изображали граждане России из Астрахани и др. городов», — говорит прокурору полковник Литвиненко, правда не объясняя при этом, как и кем «выяснилось». И как так получилось, что в начале марта перед базой митинговали жители местного ПГТ, а в конце марта – жители Астрахани? Неужели ничего ближе к Крыму не нашлось? Поскольку это никто не проверит, говорить можно что угодно.

Бег

Финал этой героической, но скорее всего завиральной истории таков.

«После захвата штаба и административной территории воинской части, весь личный состав, который остался верным присяге украинскому народу, собрался на территории бывшей санчасти бригады. Представители РФ фактически продолжали осуществлять контроль над нами, в том числе с помощью отдельных предателей. Еще раз подчеркну, это они делали, чтобы создать иллюзию нашей добровольной их поддержки».

Ну теперь-то вы впустили неприятеля на базу и сдали ему оружие. И да, конечно добровольно, без намека на сопротивление. Поэтому Литвиненко, выгораживая себя, сильно настаивает, что добровольная поддержка – это иллюзия, созданная «отдельными предателями». А дальше самое трогательное.

«Нам только оставалось использовать эту ситуацию и помочь в сбережении собственного имущества семей военнослужащих, погрузке личных вещей для перевозки их на материковую часть Украины. Мы искали волонтеров (удивленный прокурор это подчеркнул и поставил 3 восклицательных знака – прим. автора), которые могли бы предоставить помощь для перевозки военнослужащих и членов их семей, у которых не было собственного транспорта».

Как находящиеся под контролем армии РФ украинские военные искали добровольцев среди местного населения, по всей видимости, останется загадкой. Скажу только, что одним из таких волонтеров оказался небезызвестный Олег Сенцов, но это уже совсем другая история. Важнее, что Киев не предоставил транспорт для эвакуации своих героев, которые на поверку оказались вовсе и не пленными. Так или иначе, но 9 апреля оставшиеся верными Украине военные добрались до Николаева. А в ПГТ Новофедоровка «остались около 20 наших военнослужащих, список их был согласован с представителями ВС РФ для их допуска на объекты бригады для подготовки техники и материально-технических средств бригады с целью дальнейшей перевозки его на материковую часть Украины».

В это самое время украинский телевизор уже вовсю говорил о военном вторжении и оккупации, подполковник Бедзай получал орден за оборону Крыма и готовились репрессии в отношении тех, кто усомнился в патриотизме новых украинских властей. Данные показания явно говорят о госизмене ряда довольно крупных деятелей современной Украины касательно сдачи Крыма, но пока что 10-летний приговор оглашают врачу Петру Михальчевскому, который виноват лишь в том, что лечил крымских граждан после присоединения полуострова к РФ.

Подпишитесь на нас в Яндекс.Дзен

Подписаться

Добавить комментарий