Украинские блокады и крымские прорывы. Глазами человека моего месторасположения

18 марта исполняется семь лет со дня имплементации итогов Крымского референдума 2014 года. Будучи непосредственным свидетелем происходящего, автор не ставит перед собой за цель окончательное подведение итогов, тем более события продолжают динамично развиваться.

Но без общего понимания того, как прошли эти годы в Крыму, невозможно в полной мере осознать день сегодняшний.

На прошлогоднем форуме «Age of Crimea 2020» президент Украины Владимир Зеленский заявил дословно следующее: «Неделя состоит из семи дней, планета Земля круглая, а Крым — это Украина. Наше общество может спорить по очень многим вопросам, но это не вызывает никаких ссор или сомнений, тут украинцы на 100% едины, а значит, возвращение Крыма — это бесспорная часть нашей национальной идеи».

Как бы заочно оппонируя ему, первый заместитель постпреда России в ООН Дмитрий Полянский на заседании по крымской проблематике Совета Безопасности ООН говорил: «На полуострове нет закрытых для туристов районов для посещения, нет каких-либо запретов на контакты с крымчанами. Где «каратели», спрошу я вас? А где сопротивляющиеся оккупации «партизаны»? Где вообще «оккупанты» в Крыму? Судя по всему, для вас оккупанты — это 2,5 миллиона крымчан, которые живут на своей земле и вполне довольны жизнью».

Как ни странно, правы и Зеленский, и Полянский. Действительно, вопрос Крыма является одним из краеугольных камней украинской пропаганды и майданной самоидентификации, но верно и то, что обычным крымчанам мнение официального и неофициального Киева мало интересно, — они реально живут в другой стране, и живут вполне мирно.

Я хорошо помню день референдума 16 марта 2014 года, и мне доводилось уже описывать Крым в те дни. Могу лишь повторить, что ничего подобного на политических мероприятиях я ранее не видел: царила атмосфера всеобщего народного гуляния, которое происходит лишь в день очень любимого праздника.

Собственно, Крымский референдум и не был политическим актом в полном смысле данного слова. Это коллективная присяга, народное волеизъявление в его изначальном, общинном понимании. Некоторые вещи измеряются не цифрами, но остаются в памяти народа яркими образами и глубинным смыслом, например, Переяславская рада или Сталинградская битва. Крымская весна стала коллективным прорывом из окружения — воплотившейся в жизнь мечты о спасении.

Первая блокада

Реальность очень скоро вступила в свои права. Я часто ездил в те дни между родным Харьковом и Крымом, где у меня давно была квартира (в Крым чуть позже я и вынужден был уехать в эмиграцию). Сперва обозначилась граница: пока незримая — перешеек отгородился от бушующей Украины военной техникой, потом в поездах появились проверяющие, административные границы пресеклись пунктами досмотра. А уже 25 апреля 2014 года официально установлена граница Российской Федерации — со всеми полагающимися процедурами.

Меры безопасности были нелишними. Киев не смирился с потерей полуострова и готовился к тайным операциям, диверсиям и партизанской войне. «Мы реально рассматривали вопрос относительно создания партизанских отрядов, в том числе в составе активистов крымско-татарского движения, — позже признавал выполнявший в то время обязанности президента Украины Александр Турчинов. — В связи с этим на место председателя Службы безопасности [Украины в Крыму] назначили нового руководителя, которого нам порекомендовало руководство Меджлиса. К большому сожалению, через какое-то время он также перешел на сторону агрессора, и все планы, что касается сопротивления, военного сопротивления, они были переданы нашим врагам».

Россия с некоторой настороженностью присматривалась к своей новой/старой территории, крымчане изумленно входили в незнакомую российскую жизнь. Чисто в географическом смысле Крым оказался вовсе не маленьким клочком земли — по своей территории он больше многих регионов РФ, например, Чечни, Осетии или Калининградской области. Он даже больше некоторых государств, в частности, Израиля, Черногории, Кипра. Так что приобретение оказалось немалое, весьма значимое (в том числе и в военном смысле), имевшее всемирный политический резонанс — включая международные санкции против России.

На самом полуострове сохранялась определённая двусмысленность: некоторое время параллельно ходили украинские гривны и российские рубли, пользовались одинаковой легитимностью российские и украинские паспорта (с крымской пропиской), пограничные процедуры носили больше формальный характер. Но как бы полностью отсекая от себя мятежную территорию, уже с апреля 2014 года Украина прекратила поставки воды по Северо-Крымскому каналу, а с 27 декабря Киев запретил с полуостровом железнодорожное сообщение. Я хорошо помню этот день, потому что последним поездом из Харькова приехал дорогой мне человек.

Слегка переведя дух после тяжёлых военных поражений на Донбассе, майданная Украина взялась за Крым вплотную, отрезая его от материка различными блокадами. Первой из них стала продовольственная. Расчёт был прост: Крым оставался интегрирован в общеукраинский продовольственный рынок, и многие продукты питания продолжали ввозить на полуостров из Украины (например, значительный объём овощной продукции поставлялся из Херсонской области). Предполагалось, что резкий обрыв этих связей приведёт к серьёзным перебоям со снабжением, возможно, к введению карточной системы.

И действительно, на несколько недель полки магазинов обеднели. Паники по этому поводу я не помню: всем было очевидно, что Москва голода не допустит, и ситуация в кратчайшие сроки действительно была стабилизирована за счёт поставок «с материка». Номенклатура товаров постепенно увеличивалась — сначала за счёт краснодарских, а потом и остальных российских производителей. Сейчас полки крымских магазинов полны всего — от итальянских вин до аргентинских морепродуктов, от белорусских колбас до африканских фруктов, а от продовольственной блокады остались лишь воспоминания — о сочных херсонских помидорах да вкусном украинском сале. Такого здесь не делают.

Цены стали выше, но выше и зарплаты. Москва сознательно подтягивала уровень жизни полуострова до среднероссийского. Начиная с придонных позиций в общем рейтинге Крым, хоть и не выбился в передовики, но пару десятков регионов уже опережает. А в Севастополе (который является отдельной административной единицей) уровень зарплат повыше и крымских. В 2015 году среднемесячная номинальная начисленная зарплата составляла в Крыму 22 440 рублей, что было на уровне 60% от общероссийского показателя. В 2019 году средняя зарплата в регионе составила уже 30 745 рублей, в 2020 году — 33 759. При этом коммунальные платежи за мою двухкомнатную квартиру в отопительный сезон — порядка трех тысяч рублей (1150 гривен), килограмм свинины — 350-400 рублей, кило картофеля в марте — 30-40 рублей.

С большой долей уверенности можно говорить, что рост крымских зарплат продолжится, но отставание от среднего уровня по РФ еще существует. Прогнозируется, что в следующем году среднекрымская зарплата достигнет 38,3 тысячи рублей, а средняя зарплата в РФ уже по итогам давнего 2018 года составляла 43,4 тысячи рублей.

«Сейчас средняя зарплата в регионе поднялась до 75% [от средней по России]. По прогнозам, валовой региональный продукт в этом году у нас вырастет, хотя в целом по стране предсказывают падение. То есть Крым движется к уровню жизни и экономики, средним по России. Может, не так быстро, как бы того хотелось, но тенденция положительная», — излучает оптимизм директор Института экономики и управления Крымского федерального университета имени Вернадского Виктор Реутов. Однако надо понимать: средняя зарплата — она как и «средняя температура по больнице». Безусловно, есть люди, для которых эти довольно скромные по московским меркам деньги остаются мечтой.

Вторая блокада

Следующей после продовольственной стала блокада транспортная, которая, как сказано выше, начиналась с прекращения железнодорожного сообщения. А в сентябре 2015 года украинские «активисты» с помощью бетонных плит перекрыли со стороны Украины подъезды ко всем пограничным КПП; одновременно ими было полностью остановлено движение по железнодорожной ветке в город Армянск (по которой перевозились грузы для тамошнего завода «Крымский титан»).

Пикетчики из «Правого сектора» и меджлиса развернули вдоль дороги многодневные палаточные лагеря, активно загаживали окрестности продуктами жизнедеятельности, останавливали не только грузовики, но и автомобили ехавших отдыхать в Крым рядовых украинских туристов, проверяли сограждан через базу данных сайта «Миротворец» и занимались вымогательством. Напомню: 2015 год для Украины — это год Дебальцевского котла, убийства Олеся Бузины, массовых репрессий против инакомыслящих…

«Активисты» лютовали. «Не буде нам Меркель вказувати коли нам повертати Крим, як тільки закінчим з даунсбасом, заморим Крим без електрики, води та їжі, відразу почнемо наступ», — бесновались они на своих интернет-форумах: «По факту — ВСЯ Украина была под рассейской коммунофашистской оккупацией вплоть до Майдана…, отвоевали, освободили…, чуть осталось… Крым и Донбасс — неотъемлемая часть Украины — ИСТОРИЧЕСКАЯ НЕИЗБЕЖНОСТЬ!» [орфография «активистов» сохранена].

Украинцы, которые сквозь кордоны прорывались в гостеприимный Крым, могли воочию прочувствовать разницу жизни людей по обе стороны границы. Мирный Крым в тот год начал реализовывать Федеральную целевую программу (ФЦП) развития полуострова. В 2015-2018 годах в рамках ФЦП на развитие Крыма и Севастополя в российском бюджете было заложено 558,8 млрд рублей, а в 2019-2022 годы — 319 млрд рублей дополнительно.

Изначально программа включала в себя строительство и реконструкцию более восьми сотен объектов, а одной из ее главных задач стало решение проблемы транспортной доступности полуострова. В достаточно короткий срок были построены новый терминал Симферопольского аэропорта, грандиозный Крымский мост, через него возобновлено железнодорожное сообщение с большой Россией, запущена в эксплуатацию 250-километровая автострада «Таврида». Большое дорожное строительство идёт по всему полуострову и доныне.

Развитие транспортной структуры, в свою очередь, резко увеличило мобильность местного населения — эпоха «острова Крым» завершилась, толком и не начавшись. Как следствие, украинская пропаганда вещает о заселении Крыма сотнями тысяч переселенцев с материка, но это не так.

В 2014 году население Крыма (с Севастополем) составляло 2 284 769 человек, а на 2020 год — 2 361 760. Сразу после воссоединения уехали до 60 тысяч человек — сторонники меджлиса, некоторые выходцы из Западной Украины, убеждённое сторонники Майдана или просто напуганные люди и т.п. Многие из них, разочаровавшись в реалиях «революционной» Украины, вскоре вернулись обратно.

«В 2017 году, по данным пресс-центра госслужбы Украины по чрезвычайным ситуациям, численность зарегистрированных мигрантов из Крыма составила всего лишь 22,8 тысячи человек. Так что миф об «огромном оттоке населения» из Крыма не имеет под собой никаких оснований», — считает руководитель Крымского филиала Фонда развития гражданского общества, кандидат политических наук Наталья Киселёва.

В то же время убыль населения в 2014 году с лихвой компенсировалась притоком переселенцев из объятого войной Донбасса и эмигрантов из Украины. Всего с 2014 по 2019 год (официальных данных Росстата за 2020 еще нет) в республику прибыло 166,6 тысячи человек, из которых 57% — жители других регионов России, и 43% — иностранцы (из них 90% — жители бывших республик СССР, большинство из ЛДНР). За тот же период покинули Республику Крым 101,3 тысячи человек, абсолютное большинство из которых (81% от общего числа) направлялись в другие регионы России — на учебу, работу, по семейным обстоятельствам.

Таким образом, общий миграционный прирост на полуострове за 2014-2020 годы составил 77 тысяч человек, что уж никак не многие сотни тысяч заявленных майданной пропагандой «ордынских колонизаторов».

Третья блокада

Следующей блокадой стала блокада энергетическая: 20-22 ноября 2015 года по украинскую сторону границы украинские «активисты» в несколько заходов подорвали опоры ЛЭП, таким образом нарушили электроснабжение полуострова, а потом специально не давали ремонтным бригадам возможности поврежденные опоры восстановить. До того дня лишь 30% необходимого региону электричества вырабатывалось в самом Крыму — большую часть электроэнергии поставляла Украина (в обмен на поставки дешевого российского электричества в иные украинские регионы).

После подрыва линий электропередачи полуостров погрузился во тьму — в самом прямом смысле этого слова. Попытка убить холодом сотни тысяч крымчан обернулась апокалипсическими картинами, которые человеку XXI века сложно было представить. Погружённые во тьму города, стоящий электротранспорт, мертвые лифты высотных домов, одновременное тарахтение тысяч генераторов, многомесячная жизнь по скудному графику подачи света, а порою — приготовление пищи на кострах…

И героические попытки преодолеть последствия очередного приступа безумия мачехи Украины. Вернулось ощущение единения людей перед совместными испытаниями. От вышеупомянутых электрогенераторов до силовых установок кораблей Черноморского флота, от персонала имеющихся на полуострове небольших электростанций до подвига спешно прокладывавших из Кубани спасительный энергомост строителей, всё было подчинено единой задаче — выжить.

Вскоре на дне Керченского пролива были уложены нитки энергомоста, которые обеспечили переток в Крым 800 МВт в сутки со стороны Краснодарского края, и постепенно началось возрождение. Еще позже возле Севастополя и Симферополя выросли две огромные красавицы электростанции, причём для их бесперебойного газоснабжения в декабре 2016 года запущен магистральный газопровод «Краснодарский край — Крым» протяженностью почти 360 км. Модернизируются и другие объекты энергетической инфраструктуры, например, Сакская ТЭС. Теперь в Крыму даже избыток электроэнергии, что даёт задел для беспрепятственного развития экономики.

Валовый региональный продукт (ВРП) Крыма в 2014 году исчислялся в 189 миллиардов рублей, через пару лет после окончательного прорыва энергоблокады ВРП составил 391 миллиардов рублей (данные 2018 г.), а в 2019 — уже 457,3 миллиарда. Причём, что любопытно, Крым единственный субъект РФ, в котором львиную долю (68% валового регионального продукта) формирует малый и средний бизнес, который традиционно считается социальной основой среднего класса. И это тоже серьезный потенциал для будущего развития региона.

Четвёртая блокада

Политическая блокада полуострова началось сразу после Крымского референдума и продолжается до сих пор — от организации уголовного преследования участников Крымской весны вплоть до непризнания крымских законодательных актов и личных документов (причём не только Украиной, но и участниками различных международных санкций против Крыма).

Эти же международные санкции опосредованно ограничивают участие ведущих российских структур в экономической жизни полуострова. В частности, до сих пор не работают в Крыму крупнейшие российские банки — Сбер и ВТБ, что довольно долго создавало проблемы в денежных расчетах и сложности в получении средств, например, в банкоматах.

Однако за прошедшее время в РФ была создана общероссийская платежная система «Мир», на полуострове заработали различные дублирующие финансовые и транспортные структуры, налажена система поставок разнообразнейших товаров через региональных ритейлеров, и в этом отношении блокада фактически не ощущается. Но остаются некоторые проблемы по кредитованию (проценты региональных банков выше, чем у лидеров финансового рынка); и в отношении выданных в Крыму загранпаспортов существует осознанная дискриминация со стороны западных стран.

Осложнённые международные связи полуострова не помешали побывать в Крыму тысячам представителей иностранных политических и деловых кругов. В 2019 на Ялтинском международном экономическом форуме (в прошлом году он был отменён по причине пандемии) было заключено 102 контракта и меморандума на общую сумму 215 миллиардов рублей. Так, итальянские фирмы активно участвуют в возрождении местной винодельческой промышленности, а грандиозный проект оперного театра в Севастополе выполняет австрийское архитектурное бюро «Coop Himmelb(l)au».

Посильно участвует в размывании санкций и шизофреническая политика самой Украины. Так, сразу после максимально унизительного для Китая разрыва сделки по запорожскому заводу «Мотор-Сич» в Крым приехала представительная делегация из Поднебесной. Демонстративный приезд на подсанкционную территорию китайской официальной делегации вызвал переполох в украинском МИДе.

«Там сейчас не могут понять, как точно реагировать по кейсу посещения Крыма представителями из Китая. Известно, что в состав делегации вошли заместитель руководителя Ассоциации российско-китайской дружбы Чэнь Шаньвэнь, генеральный директор пекинской экспортно-импортной торговой компании «Кай Шэн» Чжао Кай и председатель совета директоров ОАО «ХаоЛан» Чэнь Юн. В свою очередь, Пекинская экспортно-импортная компания пригласила бизнесменов Крыма посетить Китай, — пишет популярный украинский ТГ-канал «Легитимный», — МИД [Украины] в очередной раз проигрывает крымский кейс на международной арене, а также на фоне «похолодания» китайско-украинских отношений, «поднебесная» и ее бизнесмены более активно приходят в Крым и делают это уже не по закрытым каналам (как это делают те же турки), а публично, что на языке дипломатии называется передали публичный месседж».

Для дальнейшего развития международных связей полуострова актуальной проблемой является возобновление международного транспортного сообщения, и предварительные договорённости о том уже были достигнуты. Однако в оптимистические планы свои коррективы внесла пандемия новой коронавирусной инфекции — и стала поводом для новой блокады.

Пятая блокада

Обвинять только одну Украину в выстраивании антикоронавирусных барьеров было бы несправедливо: весь мир отгораживается различными перегородками в надежде замедлить распространение инфекции. Но эти кордоны стали ещё одним объективным фактором отчуждения двух соседних территорий. Учитывая, что на Украине эпидемия находится на подъёме, а в России идёт на спад, очевидно, что ограничения ещё некоторое время продлятся.

Сейчас в Крыму идёт активная прививочная кампания — тем самым «Спутником V», от которого сознательно и, на мой взгляд, злонамеренно отказалось украинское руководство; полуостров готовится к новому туристическому сезону. На начало марта уровень бронирования летнего отдыха в Крыму остается весьма высоким и составляет уже 40%. Об этом на туристической выставке «Крым. Сезон-2021» сообщила генеральный директор компании UPRO GROUP (Санкт-Петербург) Тамара Черных.

Прошлый сезон тоже не был сорван, несмотря на то что из-за коронавирусных ограничений он начался с некоторым опозданием. Но тёплая осень и массовый приток жителей из охваченных тревогой регионов РФ сделали своё дело.

«За последние дни всеобщей паники количество заявок на отдых в Крыму увеличилось в несколько раз. Для нас это положительная тенденция, и хочется, чтобы она продолжалась, — с точки зрения бизнеса оценивал тогда ситуацию директор крымского филиала российской туристической компании «Дельфин» Иван Коваленко. — Многие наши соотечественники, кто не поехал в Европу из-за пандемии, решили отдыхать в Крыму. Пока все складывается для нас только во благо».

В целом по итогам 2020 года в Крыму отдохнули 6 миллионов 303 тысячи туристов, что сопоставимо с уровнем 2018 года, но меньше, чем в сезон-2019. При этом Крымский регион в прошлом году оказался единственным среди всех субъектов РФ, вышедшим по доходам туристической отрасли в плюсовые показатели. Воспользовались своим шансом и крымские лечебницы, развернув программы постковидной реабилитации (подробней об этом в статье «Крым против COVID»).

Следует отметить, что в 2015-2018 годах на развитие и модернизацию местного лечебного комплекса и здравоохранения в рамках ФЦП было выделено почти 10 миллиардов рублей, а в 2019-2022 годах — ещё 14,3 миллиарда. На полуострове построены десятки фельдшерско-акушерских пунктов и врачебных амбулаторий, в 2017 году введен в эксплуатацию многопрофильный республиканский медицинский центр в Ялте, завершено строительство медицинского центра Крымской республиканской клинической больницы им. Н. А. Семашко.

В настоящее время в Крыму функционирует более семи сотен санаторно-курортных и гостиничных организаций, из них более 300 предоставляют лечение и оздоровительные услуги, а примерно 400 — услуги по размещению отдыхающих (гостиницы, отели и др.).

Однако плотность индустрии отдыха и развитие прибрежной застройки нередко порождает споры между отельерами, застройщиками и местными жителями. Так, на днях значительный разонанс получил конфликт в Большой Ялте, где в рамках реконструкции санатория «Форос» были снесены реликтовые деревья (ливанские кедры, можжевельники, магнолии) и намечена большая зона застройки.

Дело дошло до Кремля, на что отреагировал пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков: «Безусловно, это очень важно, мы обратим на это внимание, зададим вопросы руководству Крыма», и главе Крыма Сергею Аксенову пришлось взять вопрос под личный контроль. Строительство многих спорных объектов на ЮБК сейчас приостановлено, однако проблема носит системный характер.

Шестая блокада

Серьёзную угрозу наступающему курортному сезону представляет не только пандемия коронавируса, но и нехватка обычной воды. Дают о себе знать последствия многолетней водной блокады со стороны Украины. Глава Крыма Сергей Аксёнов уже вынужден публично признать, что проблема водоснабжения останется острой и в 2021 году — вплоть до графика отключения воды на курортном ЮБК.

«Мы понимаем: разбор воды увеличится. Сегодня должна быть простая математическая модель, исходя из худшей ситуации, — предупреждает на селекторном совещании руководитель республики. — Возможно, график будет достаточно неприятный, тем не менее он должен позволить нам провести курортный сезон, продержаться, дать людям заработать».

Ранее полуостров почти на 90% зависел от Северо-Крымского канала, по которому пресная вода поступала из реки Днепр, но в 2014 году, как уже было сказано, Украина прекратила по нему водоснабжение Крыма. В самой сложной ситуации тогда оказались северные и восточные районы полуострова, но уже мае 2014 года было построено гидротехническое сооружение по переброске воды из Тайганского и Белогорского водохранилищ в Северо-Крымский канал с дальнейшей подачей ее к Феодосии, Судаку и Керчи.

В 2016 году завершилось строительство Нежинского, Просторненского и Новогригорьевского водозаборов, что позволило по временной схеме обеспечить питьевой водой 200 тысяч жителей востока полуострова. Но когда пришла полноценная засуха, этих мер оказалось явно недостаточно (подробнее в статье «Зимняя засуха в Крыму»).

Малоснежные в крымских горах зимы прошлого и нынешнего годов пока не дали возможности накопить в водохранилищах необходимые запасы для крупнейших городов центра полуострова и ЮБК. И вот вода уже почти повсеместно подаётся по графику, во многих населённых пунктах (включая Симферополь) из кранов течёт муть, а в Киеве традиционное ликование и людоедство… И, как всегда, преждевременно.

18 марта 2021 года президент Владимир Путин официально открывает комплекс гидротехнических сооружений на реке Бельбек, что является началом новой масштабной программы обводнения полуострова, на которую выделено более 50 миллиардов рублей. Намечено более шестидесяти целевых мероприятий, в том числе разработка новых источников воды, строительство водозаборов, водоотводов, очистных сооружений, геолого-разведочные изыскания, капитальный ремонт действующих сетей водоснабжения. Учитывая бесславный опыт предыдущих блокад, можно с высокой степенью уверенности прогнозировать прорыв и блокады водной.

Вместо эпилога

Раз за разом, постепенно, с большими усилиями, но из каждых испытаний Крым выходит более благоустроенным, обновлённым, лучшим. Киевским признаниям в любви здесь почти никто не верит, поскольку верящий официальному Киеву поневоле должен одобрять бесконечные блокады, многократно озвученные мечты майданщиков покарать крымчан, планы «декоммунизировать», «депортировать», «дерусифицировать»… Сочувствующие этим планам людоедики изредка встречаются, но имеют славу городских сумасшедших, коими на самом деле и являются.

Остальных вполне устраивает факт наличия на полуострове силы, охраняющей их покой. Согласно данным ГРУ Генштаба ВС РФ, в Крыму сегодня развёрнуто более 32 тысяч военнослужащих, 613 танков и бронетранспортёров, 162 артиллерийские системы, около 100 боевых самолётов, 56 вертолётов, 16 береговых комплексов, 34 боевых корабля (в том числе вооружённые крылатыми ракетами «Калибр» фрегаты «Адмирал Эссен», «Адмирал Григорович» и «Адмирал Макаров») и шесть подводных лодок.

Но в конечном итоге мера всех вещей — люди и их выбор, о чем традиционно забывают в Киеве. Потому и государственных языков в Крыму сразу три (русский, украинский и крымско-татарский), храмы всех в безопасности и возводятся новые (например, заканчивается строительство грандиозной соборной мечети в Симферополе), спокойно и на разных языках вещают СМИ, работают национальные школы. Мирно живут русские, украинцы, татары, армяне, греки, евреи, множество представителей иных народов, которые вместе созидают свой общий Крым…

В прошлом году эффект разорвавшейся бомбы вызвала на Украине статья «Спустя шесть лет и 20 миллиардов долларов российских инвестиций крымчане довольны российской аннексией» во влиятельной американской газете The Washington Post. Команда политологов и социологов (в частности, профессора Джерард Тотал, Джон О’Локлин и Кристин М. Бакке) обнародовала весьма неприятную для некоторых статистику.

«Изменилось ли отношение [крымчан] к аннексии в 2020 году после примерно 20 миллиардов долларов инвестиций из Москвы и согласования с российской инфраструктурой? Краткий ответ: нет. Три крупнейшие этнические группы Крыма в целом довольны направлением событий на полуострове», — констатируют авторы статьи и иллюстрируют данный тезис конкретными цифрами собственных соцопросов:

«В 2014 году русские крымчане питали большие надежды (93% из них надеялись, что через два года их материальное положение улучшится), но в 2019 году они были несколько менее оптимистичны (71%). Доля татар, считавших, что благодаря присоединению Крыма к России их материальное положение улучшится, выросла с 50% в 2014 году до 81% в 2019 году. Крымчане-украинцы оставались в целом оптимистичными. В 2014 году надежду на улучшение материального положения высказали 75% из них, и в 2019 году количество тех, кто надеялся на повышение своего благосостояния, уменьшилось лишь незначительно (72%). Эти в целом высокие показатели оптимизма среди этнических групп свидетельствуют о том, что большинство крымчан довольны тем, что Крым отделился от Украины и вошел в состав России, более богатой страны».

Однако в своих расчетах уважаемые американские учёные не учли ещё один важный фактор, который понятен всякому живущему в России, хотя не всегда очевиден науке — далеко не всё в мире измеряется деньгами.

Константин Кеворкян

  • Источник

Подпишитесь на нас в Яндекс.Дзен

Подписаться

Добавить комментарий