Польская аллергия

В своё время, общаясь с немецкими и австрийскими бизнесменами, я часто слышал от них выражение «Pollenallergie», которое по-немецки означает всего лишь название распространённого заболевания — аллергии на пыльцу. И всё бы ничего, вот только говорили они со мной не о медицине, а о политике.

Немного смутившись, я всё же решился их переспросить, что же конкретно имеется в виду. И мне ответили: никакого отношения к гиперчувствительности человеческого организма на цветущие растения это слово не имеет. И чтобы его понять, достаточно лишь увидеть, как оно пишется: «Polenallergie», с одной буквой «l», что можно дословно перевести как «аллергия на Польшу».

Как оказалось, этому выражению уже больше ста лет и появилось оно почти сразу же после того, как австрийский педиатр Клеменс Пирке придумал в 1906 году слово «аллергия», использовав древнегреческий корень, означающий понятие «иной». Но если сам термин и появился по историческим меркам не так давно, то корни глубокого и искреннего чувства соседей Речи Посполитой к этому уникальному во всех отношениях государству, выраженные столь ёмко, определённо уходят в глубь веков.

Я далёк от того, чтобы навешивать ярлыки и то, о чём я сейчас говорю, не относится напрямую к польскому народу. Но вот Польша как геополитическое явление однозначно представляет собой головную боль для всех, кому не повезло жить рядом с ней.

Не будем уходить в седую старину и вспоминать старые обиды (хотя именно это обожают делать польские политики и прочие местные лидеры общественного мнения), а сосредоточимся на дне сегодняшнем.

Являясь с 1999-го года членом НАТО, а с 2004-го – Евросоюза, Польша умудрилась, так или иначе, перессориться почти со всеми нынешними союзниками, предпочитая держаться в фарватере англосаксонского взгляда на мировую политику и рассчитывая на покровительство США в случае внезапного конфликта с соседями. Ориентация на Британию и её бывшие колонии имеет для польского руководства исторические корни. В своё время именно в Лондоне отсиживалось польское правительство в изгнании после того, как нацистская Германия за несколько недель (с 1 сентября по 6 октября 1939 года) подавила сопротивление регулярной польской армии.

А что касается трений с соседями, то вдоль польских границ так или иначе нет ни одной страны, которая бы не имела с Польшей взаимных территориальных претензий. Да, до поры до времени на официальном уровне об этом предпочитают помалкивать, но в случае чего обязательно вспомнят и довольно быстро приведут исторические аргументы в духе «вас здесь не стояло».

Но не бесспорность польских кордонов является главной проблемой, которую несёт миру официальная Варшава, а поразительная, просто какая-то патологическая деструктивность польского государства при любой попытке его сосуществования с другими в рамках некоего объединения стран. Ещё ни одной европейской стране не удавалось выйти победителем в своих войнах, если они решали взять поляков в союзники. Одним из самых оглушительных подобных примеров в истории был император Франции Наполеон Бонапарт, соблазнившийся прелестями графини Валевской и пообещавший ей воссоздание из пепла трёх разделов независимого польского королевства. Совсем недавно всю силу польского «проклятия» начал испытывать на себе и Евросоюз.

Строя некую тоталитарную империю на базе вновь созданной идеологии ложно понятого либерализма, Запад с яростью голодного цепного пса бросается на каждого, кто не разделяет его подходы и убеждения. И ладно ещё, когда этот пёс скалится на Россию, нас это давно не впечатляет. Не хватало ещё русскому медведю реагировать на всяких шавок. Но ведь они, апологеты этого либерал-фашизма, готовы перегрызть глотку даже условно своим, просто за то, что те идут не в ногу. И как раз в этом смысле Польша совершенно точно — не Европа.

Природный польский консерватизм, помноженный на классическое школьное образование и суровый взгляд на мир правоверных католиков, не в силах воспринять новые европейские ценности с их толерантностью к любым сексуальным девиациям и 54 (или даже больше) гендерами.

Сойдясь в непримиримом бою с Брюсселем за право на сохранение собственной идентичности и уникальности, Варшава пошла на беспрецедентный шаг, оформив решением своего Конституционного суда верховенство польских законов над европейским. В ответ Брюссель традиционно перекрыл финансовый краник. И, несмотря на то, что данный спор двух недружественных по отношению к России субъектов идеально подходит для иллюстрации скабрезной шутки про жабу и гадюку, мои личные симпатии целиком и полностью на стороне гордых поляков.

Более того, я смею утверждать, что при прочих равных лучшего союзника, чем Польша, в объявленном недавно курсе российского президента Владимира Путина на построение нового миропорядка на основе традиционных ценностей и разумного консерватизма, нам не найти. Ах, если бы не польский гонор!

Да-да, гонор. В споре российских экспертов по вопросу, за что на самом деле бьются поляки: за деньги или за ценности, и что первично, я вижу совершенно иной ответ. Ни то, ни другое, всё гораздо проще — виной всему польский гонор.

Тот самый гонор, который и стал причиной неуживчивости польской шляхты, не сумевшей найти общий язык даже между собой и, в результате, на десятилетия утратившей собственное государство.

Тот самый гонор, из-за которого им всегда было проще переложить вину за собственные просчёты на других и в результате озлобиться на весь мир, рисуя его исконно антипольским.

Тот самый гонор, который не смог перенести позора разрушения собственной квази-империи и переродился в пещерную русофобию, сконцентрировав именно на России всю горечь за пережитое бесчестье.

А потому, общий язык нам не найти и союзниками не стать. Но, как уже было сказано ранее, это даже к лучшему. Пусть уж лучше они состоят в союзах и альянсах с нашими геополитическими противниками.

Вы будете смеяться, но польская карма работает. Недавно начавшаяся грызня в НАТО по оси англосаксы – франко-германцы грозит развалом не только этому архаичному военному блоку, но и всему коллективному Западу.

На первый взгляд Польша здесь ни причём, но только на первый. Долгое время во всех спорных вопросах выступая неизменно на стороне США (помнится, из особой любви к вашингтонскому господину поляки даже хотели построить у себя военную базу «Форт Трамп», но главный персонаж так не вовремя слился на прошлогодних выборах), Польша сумела не только настроить против себя старую Европу, но и ещё больше углубить исторический раскол между двумя основными частями западного мира.

И сейчас она очень умело исполняет роль пятого колеса в натовской телеге. Так получается, что без её участия нет возможности построить ни некие новые европейские вооружённые силы, ни просто действительно единую Европу. Казалось бы, куда проще – ну вытащи ты эту занозу раз и навсегда и строй свою жизнь без Польши. Ан нет. Вынося за скобки одну из крупнейших стран сегодняшнего Евросоюза, Брюссель безусловно расписывается в собственной беспомощности и невозможности натянуть на евроглобус сову неких универсальных европейских ценностей. А это уже не просто бунт на корабле, это крах всей системы.

Вот и приходится европейцам чихать, кашлять, тереть слезящиеся глаза, но терпеть эту «польскую аллергию», которая угрожает однажды добить чахлый организм «старушки Европы». Впрочем, может, оно и к лучшему.

Подпишитесь на нас в Яндекс.Дзен

Подписаться

Добавить комментарий