Власти отблагодарили вдову утонувшего инвалида АТО выделением жилья в виде полностью разваленной «однушки»

Молодые украинцы идут на войну с Донбассом в полной уверенности, что стоят за правое дело, и что независимая европейская Украина оценит их ратный труд и подвиг, и не останется в стороне, если война сделает защитника инвалидом.

В общем, так и случилось с одним из жителей Кропивницкого (бывший советский Кировоград). Анатолия Запорожченко забрали в АТО в самом начале войны с Донбассом. Он ушел, оставив дома беременную жену Татьяну, с которой не столь давно вступил в брак. Увы, вышиванка оказалась слабым оберегом, и с войны Анатолий вернулся уже инвалидом и просто другим человеком.

«После всех пережитых ужасов войны это был совершенно другой человек. Инвалид (ему несколько раз делали операции на позвоночнике, в конце концов дали группу инвалидности), да еще и с психикой начались проблемы. Он стал кричать по ночам, начал пить. Моментами мне казалось, что в него вселилась нечистая сила. Но я терпела. И помогала, поддерживала его как могла. У Толика часто отнималась половина тела, немели ноги», — рассказала вдова.

Последний раз Татьяна видела живым своего мужа 15 июля 2017 года. По ее словам, обстоятельства гибели инвалида остаются тайной, покрытой мраком, пишет издание «Факты».

«Никто до конца не знает до сих пор. Толик с кумом поехали походить по полю с металлоискателем — было у них такое хобби. Искали старинные монеты. Мы не ждали его скоро, обычно такие путешествия занимали несколько дней. Но неожиданно в тот же день мне позвонили из полиции: «Вы Татьяна? Сидите сейчас или стоите? Лучше сядьте, чтобы вам не стало плохо. Ваш муж… утонул», — рассказывает Татьяна.

В дальнейшем поступили уточнения, что он спас тонувшую девочку, а сам пошел ко дну — «с поднятыми вверх руками». Но вдова в официальную версию гибели своего мужа не поверила и приступила к выяснению обстоятельств его смерти самостоятельно, хотя и безуспешно.

«Взяла в аренду собак-ищеек, организовала целую поисковую экспедицию. Мы бродили по близлежащему лесу, прочесывали каждый куст. И нашли целый ворох салфеток, пропитанных кровью. Экспертиза показала, что это кровь моего мужа! При том, что тело его в конце концов таки вытащили со дна реки. Как это может быть? Что произошло? Спрашиваю кума, который с ним был, но он только опускает глаза и ничего не говорит. В общем, смерть Анатолия — это тайна, покрытая мраком», — рассказала Татьяна.

Как бы то ни было, но женщина одночасье осталась без мужа, работы, денег и с маленьким ребенком на руках. При этом, осталась еще и без жилья, поскольку сама сирота из интерната.

«После похорон мы со Златочкой остались одни в целом мире. Без поддержки и средств к существованию. Поскольку ребенок часто болеет (недавно она неделю походила в школу и потом три недели лечилась в том числе в стационаре), я не могу выйти на работу — не на кого ее оставить. Я ведь сирота: родителей нет, с братьями и сестрами не общаюсь. Единственный мой источник дохода — пенсия покойного мужа, 7 тысяч гривен. Из них 3 500 я отдаю за комнату в съемной квартире, а на 3 500 пытаюсь прокормить дочь», — сообщила вдова погибшего.

И в один прекрасный момент государство объявилось с радостным известием.

«И вдруг недавно горисполком меня огорошил радостной новостью: нам, как семье погибшего инвалида АТО, дают однокомнатную квартиру! Правда, радовалась недолго: меня предупредили, что жилье убитое. Но я даже не думала, что настолько. Когда впервые зашла туда, у меня просто отнялся дар речи: выбитый дверной проем, шатающиеся в буквальном смысле слова стены, грозящие рухнуть прямо на голову. Все настолько обшарпанное, ободранное, жуткое, что даже язык не поворачивается назвать это жильем», — сообщила вдова.

Теперь, чтобы привести выделенное исполкомом жилье в состояние, пригодное для жизни, нужно несколько десятков тысяч долларов, что гораздо дороже стоимости самого разваленного жилья. В горисполкоме заявили, что стоимость этой квартиры 19 тысяч долларов, однако, частные риелторы сообщили, что ее цена в таком состоянии максимум 8 тысяч. Впрочем, продать ее женщина не имеет права, поскольку там прописан малолетний ребенок, и продажа возможна только с разрешения опекунского совета, причем, при условии, что женщина будет с доплатой покупать что-то лучшее, чем эта рухлядь.

Таким образом, государство не только не подсобило с решением проблемы погибшего участника АТО, а напротив — произвело их нагромождение.

«Понятно, что собрать на доплату не смогу, мы и так еле сводим концы с концами. А теперь вот станет еще сложнее: я ведь должна оплачивать коммунальные услуги не только в съемном жилье, где мы сейчас живем, но и в этой, с позволения сказать, новой квартире. Грядет зима, отопительный сезон. Коммуналка станет еще на порядок выше», — сетует в отчаянии женщина.

Издание подрядилось собрать помощь Татьяне Запорожченко от неравнодушной общественности. Кто-то, несомненно, откликнется, однако, вряд ли подаяния смогут разрешить создавшийся круг проблем. Схожие ситуации не единичны, и большинство украинцев заняты вопросом собственного выживания. Европейская интеграция обернулась для них грузом, который вынести по силам ничтожной части населения.

Подпишитесь на нас в Яндекс.Дзен

Подписаться

Добавить комментарий