Устойчивая Россия, холодная война и ядерный Иран. Прогноз от нобелевского лауреата Рубини на 2022 год

Нобелевский лауреат, американский экономист Нуриэль Рубини дал прогноз на 2022 год. По его словам, несмотря на спады и сбои из-за новых штаммов Covid-19, 2021 год оказался сравнительно позитивным для экономики и рынков в большинстве стран мира.

Темпы экономического роста поднялись выше потенциального уровня после суровой рецессии 2020 года, а на финансовых рынках наблюдается уверенное восстановление. Это особенно касается США, где фондовый рынок достиг новых высот, отчасти благодаря сверхмягкой монетарной политике ФРС США (хотя центробанки других развитых стран тоже проводили радикально мягкую политику).

Но 2022 год может оказаться более трудным. Пандемия не закончилась. Омикрон, может быть, не так опасен, как предыдущие штаммы (особенно в развитых странах с высоким уровнем вакцинации), но он намного заразней, а это означает, что показатели госпитализации и смертности будут оставаться высокими. Возникающая из-за этого неопределенность и стремление избегать рисков будут подавлять спрос и усугублять проблемы в производственно-сбытовых цепочках.

В 2021 году эти проблемы, вкупе с избытком сбережений, отложенным спросом и мягкой монетарной и бюджетной политикой, спровоцировали рост инфляции. Многие центробанки, которые утверждали, что нынешний всплеск инфляции является временным, теперь признают, что инфляция будет сохраняться. С разной степенью срочности они планируют теперь поэтапное сворачивание нетрадиционной монетарной политики, в частности программ количественного смягчения, чтобы расчистить путь для нормализации процентных ставок.

Решительность этого настроя центробанков подвергнется испытанию, если повышение учетных ставок вызовет шок на рынках облигаций, акций и кредитования. На фоне огромного прироста частного и государственного долга рынки могут оказаться не способны справиться с увеличением стоимости заимствований. Если начнется паника, центробанки попадут в долговую ловушку и, наверное, повернут вспять. В результате может произойти сдвиг инфляционных ожиданий в сторону повышения, а инфляция станет эндемичной.

Наступающий год несет с собой еще и усиление геополитических и системных рисков. На геополитическом фронте есть три главные угрозы, за которыми стоит наблюдать.

Во-первых, Россия может вторгнуться на Украину, и еще предстоит увидеть, смогут ли переговоры о новом режиме региональной безопасности предотвратить эскалацию этой угрозы. Хотя президент США Джо Байден пообещал увеличить военную помощь Украине и пригрозил ужесточить санкции против России, он также дал ясно понять, что США не будут напрямую вмешиваться с целью защитить Украину от нападения. Между тем экономика России сейчас более устойчива перед санкциями, чем раньше, поэтому подобные угрозы могут не подействовать на президента России Владимира Путина. Более того, некоторые западные санкции, например, решение заблокировать газопровод Северный поток-2, могут привести к усилению дефицита энергоресурсов в Европе.

Во-вторых, китайско-американская холодная война становится все холоднее. Китай усиливает военное давление на Тайвань и в Южно-Китайском море (где бурлит множество территориальных споров), а широкий разрыв связей между китайской и американской экономиками ускоряется. Подобное развитие событий со временем приведет к стагфляционным последствиям.

В-третьих, Иран находится на пороге превращения в ядерную державу. Он быстро обогащает уран до почти оружейного качества, а переговоры об обновленном ядерном соглашении ни к чему не привели. В результате Израиль открыто обсуждает возможность нанесения ударов по иранским ядерным объектам. Если это случится, стагфляционные последствия будут, наверное, намного хуже, чем после нефтяных геополитических шоков 1973 и 1979 годов.

С наступающим годом связано также несколько рисков системного характера. В 2021 году сильная жара, пожары, засухи, ураганы, наводнения, тайфуны и другие природные катастрофы наглядно продемонстрировали влияние изменения климата на реальный мир. Климатический саммит СОР26 в Глазго в основном ограничился болтовнёй, оставив мир на траектории, ведущей к катастрофическому потеплению на 3° по Цельсию до конца века. Засухи уже привели к опасному всплеску цен на продовольствие, но последствия изменения климата будут становиться лишь хуже.

Ситуация усугубляется тем, что жесткое требование декарбонизации экономики приводит к спаду инвестиций в мощности, связанные с ископаемым топливом, причем до того, как мощности возобновляемой энергетики стали достаточными. Из-за этого цены на энергоресурсы со временем станут намного выше. Кроме того, резко увеличится поток климатических беженцев в США, Европу и другие развитые страны, которые будут закрывать свои границы.

На этом фоне в развитых и развивающихся странах усиливается политический паралич. Промежуточные выборы в США могут стать репетицией полноценного конституционного кризиса (если не открытого политического насилия), за которым последуют президентские выборы 2024 года. Сегодня в США наблюдается едва ли не беспрецедентный уровень партийной поляризации, радикализации и тупикового противостояния, что создает серьезные системные риски.

Популистские партии (как крайне правые, так и крайне левые) становятся сильнее во многих странах мира, даже в Латинской Америке, где популизм неоднократно приводил к катастрофам. В 2021 году Перу и Чили выбрали радикально левацких лидеров, Бразилия и Колумбия могут последовать этому примеру в 2022 году, в то время как Аргентина и Венесуэла будут оставаться на пути к финансовому краху. Нормализация процентных ставок ФРС и другими крупнейшими центробанками может стать причиной финансовых шоков в этих и других хрупких странах с новой экономикой, например, в Турции и Ливане, не говоря уже о множестве развивающихся стран, чьи долговые коэффициенты уже неприемлемо высоки.

В последние дни 2021 года финансовые рынки остаются пенистыми, если не откровенно пузырящимися. Государственные и частные ценные бумаги стоят очень дорого (коэффициенты «цена к прибыли» выше среднего уровня); цены на недвижимость (продажа и аренда) в США и многих других странах высоки; продолжается лихорадка вокруг акций-мемов, криптоактивов и специальных компаний для поглощений (SPAC). Доходность по гособлигациям остаётся сверхнизкой, а кредитные спреды (и для высокодоходных бумаг, и для бумаг с высоким рейтингом) сжались, что отчасти объясняется прямой и косвенной поддержкой со стороны центробанков.

Пока центральные банки находились в режиме нетрадиционной политики, праздник мог продолжаться. Но в 2022 году, когда начнется нормализация монетарной политики, пузыри на рынке финансовых активов и кредитования могут сдуться. Кроме того, инфляция, замедление темпов роста экономики, геополитические и системные риски могут создать условия для коррекции на рынке в 2022 году. В любом случае почти весь год инвесторы, скорее всего, будут в напряжении ожидать развития событий.

Полную версию текста читайте на Project Syndicate

Подпишитесь на нас в Яндекс.Дзен

Подписаться

Добавить комментарий