b9acb275a39dd5b7

«На меня нападут, если я буду ходить по Москве в вышиванке?»

В Москве побывала британская писательница Сара Перри, автор романа «Змей в Эссексе». Действие книги происходит в викторианскую эпоху, но проблемы обсуждаются вполне современные: героиня по имени Кора Сиборн — жертва семейного насилия, у ее сына — легкая форма аутизма, а в довершение всего у женщины начинается роман с сельским викарием, чья жена тяжело больна. Сара Перри рассказала, как читатели-пуритане реагируют на отношения вдовы с женатым священником, кто виноват в Brexit и зачем писательница ходила на Красную площадь в вышиванке. Встреча состоялась в рамках профессионального выездного семинара «Британская литература сегодня», который на днях прошел в Музее-усадьбе «Ясная Поляна».

— Мало, кто так любит викторианскую Англию со всеми ее домиками, садиками, чаепитиями и Шерлоком Холмсом в придачу, как русский читатель. А как с этим обстоят дела в Великобритании?

Сара Перри: Викторианский период всегда был очень-очень популярен в Великобритании. Про него много пишут, снимают фильмы, людям нравится эта эпоха. Но что-то произошло в обществе: людям почему-то кажется, что викторианский период ужасно древний, был тысячу лет назад. Что мужчины тогда повально носили цилиндры, а женщины делились на две категории: на проституток с вываливающейся грудью и на добропорядочных жен, которые всегда вышивали в углу. Своим романом я хотела противостоять этому стереотипу. (Смеется.)

На самом деле викторианский период не так уж от нас и далек — по сути это канун новейшей истории. В 1873 году в Лондоне уже появилось электрическое освещение, в том числе на набережных. Метро в Лондоне заработало в 1860-х годах. Мы до сих пор пользуемся викторианскими больницами, викторианскими школами, викторианской системой туннелей. К концу викторианской эпохи женщины уже были вовлечены в деятельность профсоюзов, работали в области медицины, занимались политикой, инженерным делом, математикой, появился феминизм. И я решила написать книгу, действие которой происходит в XIX веке, чтобы показать людям, что на самом деле эта эпоха очень нам современна. Что медицина тогда активно развивалась. Что женщины могли работать.

С одной стороны, читателям это оказалось интересно. С другой, они испытали недоумение. В их картине мира викторианская эпоха была архаична. А в моем романе она выглядит довольно современно. Один читатель на Amazon оставил такой отзыв: «Какой-то анахронизм. Люди в романе ездят в лондонском метро, как это возможно?» На самом же деле к тому времени, когда происходит действие моего романа, лондонское метро работало уже 30 лет. (Смеется.)

Название вашего романа «Змей в Эссексе» рифмуется с названием рассказа Конан Дойла о Шерлоке Холмсе «Вампир в Сассексе». Это случайное или намеренное совпадение?

Аааааа! (Хохочет и имитирует пальцем выстрел из пистолета.) Это мой любимый рассказ. Я страшная фанатка Шерлока Холмса, прочла все книжки по семь раз. Эта рифма не была намеренной. Но в прошлом году я сама написала и опубликовала рассказ о Шерлоке Холмсе, который назывался «Загадка кентского привидения». И у меня в голове сразу возникла логическая цепочка: «Привидение в Кенте», «Вампир в Сассексе», «Змей в Эссексе» — и я поняла, что это действительно связанные вещи. Но произошло это подсознательно. А рассказ «Вампир в Сассексе» действительно легендарный и играет важную роль в английской культуре.
А сама постмодернисткая игра с викторианской эпохой и культом Шерлока Холмса, которой так много в романе, тоже подсознательная?
Нет, конечно, это намеренно. Я хотела переосмыслить сам роман XIX века: многочисленные линии повествования, точки зрения, большое количество героев. Мне кажется, в викторианскую эпоху романы и их авторы не боялись высказывать мнение по поводу морали, этики, культуры. Мне тоже хотелось бы наследовать этой традиции. Мне было интересно поиграть с этим и перевернуть ситуацию с ног на голову — показать, что викторианская эпоха принадлежит новому времени, поиграть с образами в современном ключе.

Поэтому в вашей книге в частности затронуты актуальные для современности темы? Скажем, главная героиня — жертва домашнего насилия, ее бил муж; у ее сына явно синдром Аспергера, хотя напрямую это не проговорено.

Совершенно справедливо — это именно то, что я пыталась вложить в текст. Я хотела обратить внимание на то, что сейчас происходит в нашей современной культуре через формат викторианского романа. Например, на британское общество и политику. Сейчас как-то так получилось, что если вы не богаты, если вынуждены бороться за свое существование, если вы живете в плохом доме — то всем кажется, что с вами что-то не так. Что вы сами в этом виноваты, сами на себя такое навлекли. Мне кажется, что это очень архаичная точка зрения.

В викторианскую эпоху, например, людям предлагали бесплатное жилье, если они не пили алкоголь, не играли в азартные игры и в целом были хорошими.

Добавить комментарий