. Безвизовый режим — еще один украинский «котел» — Новости Новороссии
EnglishFilipinoFrançaisDeutschItalianoРусский

Безвизовый режим — еще один украинский «котел»

С 11 июня 2017 года на Украине действует безвизовый режим со странами Европейского Союза. В течение первых трех дней им воспользовалось около 8 тысяч граждан этой страны.

Кто приезжает в Польшу из Украины?

Часто приходится слышать о беженцах. В 2017 году согласно официальным данным Службы по делам Иностранцев было подано 327 заявок от граждан Украины для предоставления им политического убежища, положительно рассмотрено 47 заявок.

В Польше кандидатами в политические беженцы в основном являются представители следующих областей: Донецкой (33%), Луганской (15%), а также Крыма (8%). В настоящее время наблюдается тенденция к их снижению, в 2015 году количество беженцев составило 2305 человек (не намного больше, чем в 2014), до войны эта цифра составляла всего 46 человек.

Но теперь такой способ «попасть» на Вислу не работает, потому что на Украине не введено военное положение, и военные действия теоретически не могут служить оправданием для получения статуса политического беженца.

«В настоящее время беженцы — это лица, которые декларируют, что их политические убеждения противоположны политике ЛДНР. Например, открыто заявляют это среди друзей, на работе, или путем публикации соответствующих статей в прессе, интернете. В эту группу входят те, кто оказывал помощь украинской армии, участвовал в майданах в разных городах, а также  подозреваемые в хранении оружия или противодействующие существующей крымской власти. Например, это лица, которые отказываются от российского гражданства и ссылаются на преследования из-за этого в вышеуказанных областях. Также они могут ссылаться на преследования, которые происходят по месту их жительства: угрозы, вторжения представителей служб безопасности самопровозглашенных республик или пророссийской крымской власти. Такие лица составляют около 11% контрольной группы».

«Лица, уклоняющиеся от призыва в украинскую армию — группа частично совпадающая с вышеупомянутой. Лица, входящие в ее состав, указывали на страх перед армией и призывом или страх быть найденным после дезертирства, как на поводы выезда из страны. Те, которые ссылаются на такие обстоятельства, составляют около 9% заявителей из исследуемой группы».

«Следует также отметить, что подавляющее большинство беженцев из зоны АТО жалуется на отсутствие необходимой государственной программы по поддержке переселенцев (несмотря на то, что некоторые из данных лиц никогда не пытались переселиться в безопасные районы Украины)».

Можно сравнить, сколько человек переселились с Донбасса в Польшу/Европу, а сколько в страну-агрессор (Россию) — около 2 миллионов …

В январе этого года премьер-министр Польши Беата Шидло во время прений в Европейском парламенте заявила, что Польша приютила миллион украинцев, «которым никто не хотел помочь». При этом премьер-министр ошибочно использовала термин «беженец», на самом деле, по словам посла Украины в Польше Андрея Дещицы, это «экономические иммигранты». Шидло была подвергнута критике за такую «оговорку», только в чем же она состоит?

В Польше в настоящее время господствует риторика, что украинцам необходимо помогать, потому что они «воюют» с российской агрессией. На самом деле статус беженца сложно получить, ведь предоставление убежища обязывает польскую сторону обеспечить беженца крышей над головой и выплатой соответствующих пособий. Гораздо проще открыть границы, чему побочно и послужит безвизовый режим.

«Украинцам необходимо помогать, потому что они воюют…» Интересно, что эта помощь заключается не в гуманитарной поддержке Украине (хотя она была достаточной в 2014 и 2015 годах), но для выезда ее граждан в Польшу. На Украине имеются 24 области. Военные операции ведутся в Луганской и Донецкой областях, более конкретно — на половине их территории. Таким образом, война охватывает 1/24 часть Украины (в зависимости от категории административного деления).

Ответственность воюющих сторон в обеспечении безопасности гражданских лиц, создание гуманитарных коридоров, и удовлетворении потребностей внутренних беженцев.

В условиях Украины, мы говорим о том, что внутренняя территория страны является достаточной для расселения беженцев, которые могут жить в любой из областей, не охваченных войной. Тем не менее, поляков пытаются разжалобить, постоянно напоминая, что этим людям (беженцам) не где жить, поэтому их нужно пустить в Польшу.

Ко второй категории относятся лица, которые скрываются от мобилизации.  «Ситуация в рамках шестой волны мобилизации, к сожалению, совершенно фатальна. Число добровольцев, которые шли в армию в 2014 году, (в первой половине года и частично в начале текущего года) в настоящее время де-факто упало до нуля. Призыв 50 000 новобранцев, которые должны заменить военнослужащих, призванных по предыдущей мобилизации, на практике не реален (…). Никого уже не удивляет, что доходит дело до обычных облав, когда сотрудники военкомата вручают повестки в армию молодым мужчинам прямо в общественном транспорте, на работе или на улице». Об этих фактах мы можем узнать на украинском портале Pol-Ukr.

Во время пятой волны мобилизации на Закарпатье удалось набрать лишь 24% призывников. «Энтузиазм», напоминающий тот, который был у криминального батальона «Торнадо», быстро растаял после 7 котлов, а новые призывники куда-то испарились. Куда? При этом польское правительство каждый раз заявляет вслед за киевской властью о том, что Украина — защитница Европы, которой все обязаны помогать. «Энтузиазм» украинцев настолько велик, что когда надо защищать свою страну — они бегут из нее, а Польша, в соответствии с той же идеей поддержки Украины, принимает дезертиров этой страны. Где логика?

Третья категория — экономические иммигранты.

С мигрантами из Ближнего Востока/Африки вы можете испытать синдром «дежа-вю». Несмотря на медиа-цензуру, ни для кого не секрет, что большинство «беженцев» — мужчины-гости, которые уже оценили разницу степени безопасности для своих семей, оставленных в воюющих странах. В случае с Украиной, мы также имеем дело с теми, которые «бегут» от войны в Евросоюз, представляя его в виде Эльдорадо. Польша на этом пути отмечена как первая остановка из-за отсутствия языкового барьера и простоты в поиске работы. Этой волне мигрантов с Украины способствуют «достижения Революции Достоинства».

Уже в феврале 2015 года министр энергетики Украины Владимир Демчишин заявил, что украинцы в результате соглашения с МВФ  в марте за электроэнергию будут платить на 40 процентов больше. Поднимутся также цены на газ и отопление. Рост цен и налогов на Украине не имеет предела, в марте этого года на 25 % возрастет стоимость электроэнергии для индивидуальных потребителей, в июле — это будет уже 60-90%, при этом ставка повышения заработной платы является символической.

Что интересно — наибольшее повышение цен на энергоносители характерно для западных областей, а в Донецке — «оккупированном» городе, в настоящее время, эти расходы гораздо меньше.

На январь 2017 года, согласно закону о бюджете, минимальная заработная плата на Украине составила 3200 гривен. Почасовая оплата — 19,34 гривны. В Польше в 2017 году минимальная заработная плата составила 1459 злотых, размер почасовой оплаты — 13 злотых (87 гривен). В настоящее время на Украине продолжается снижение реальной заработной платы на 23,9 %, падение ВВП на 15,9%, а рост цен составляет 39,3%.

Сколько украинцев работает в Польше?

Их реальное количество можно только предположить, так как многие заняты в «серой зоне». Неофициально говорят о 1,5 миллионах украинцев. Конечно, после отмены визового режима эта цифра изменится. В какую сторону это произойдет — можно только догадываться.

Что же даст украинцам отмена визового режима? Ничего.

Чтобы въехать в Германию, например, украинцу необходимо иметь при себе (или на банковском счете) не менее 45 евро в сутки, т.е. 1309,07 гривен — почти половина месячной минимальной заработной платы. Кроме того, необходим биометрический паспорт, который на Украине имеют лишь 3 миллиона человек. Необходимы также средства на пребывание (их количество зависит от страны: для Польши — 300 злотых + 75 злотых за каждый последующий день), и страхование. Ведь безвиз «дает» право только на проживаниепроезд, но не на работу.

Европейская интеграция, вступление в НАТО — это лозунги, «мантры» украинского президента. Неудивительно, что начало безвизового режима представлено в виде большого достижения. Но для кого это достижение? Для тех, которые используют его в соответствии с предназначением — это состоятельные граждане, не нуждающиеся в работе на западе. Для этих граждан безвиз — это только комфорт. А остальные?

Остальные останутся в стране, чтобы продолжать жить в нищете. Более находчивые из них будут искать варианты с выездом, и при этом в социальных сетях защищать «Великую Украину», но уже с территории Польши, например. В то же время в Польше есть политики, которые уже предлагают брать украинцев на военную службу (подчеркиваю — граждан другой страны), как будто для украинцев было мало АТО.

Над Вислой заявляют, что в стране не хватает рабочих рук, после падения ПНР зафиксирован самый низкий показатель безработицы, что грозит демографический кризис и т. д. При этом полушепотом говорят, что около 2,5 миллионов поляков выехали из страны после присоединения Польши к Европейскому Союзу. Но не этими людьми хотят заполнять пробел на рынке труда. Для этой общественной группы, имеющей определенные требования, места в Польше нет. Зато для дешевой рабочей силы украинского меньшинства рынок всегда открыт. Демографический кризис?

Проект репатриации поляков с Востока, особенно из России и Казахстана, умер 27 лет назад. Польское правительство этим людям ничего не предложило. Даже, если допустить безумное предположение, что таким образом Варшава хочет защитить себя от вынужденного приема иммигрантов с Ближнего Востока — никто, тем не менее, не подумает, что с таким вынужденным «фактором» нужно просто воевать.

Еще в 2014 году на украинцев смотрели, как на восточный народ, иногда с презрением, иногда равнодушно. Даже можно предположить, что для среднестатистического поляка Украина — страна между Россией и Монголией. Все изменилось после 2015 года с возрождением бандеровцев, плюющих полякам в лицо, а после претензий украинцев на рабочие места, настроение польского общества с удвоенной силой стало меняться в сторону радикализации.

Давид Худжец специально для ИА «Новороссия» Источник


Добавить комментарий